Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня

ТЕМА: Платонизм и современная жизнь

08 Июль 2011 17:50 #1

  • 1770
  • 1770 аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 7
  • Репутация: 0
Тест
Добавлено (12.06.2011, 19:08)
Платоноведение - дисциплина нужная и полезная, нужная и полезная, кроме самого платоноведа, максимум, ещё двум-трём читателям исследований платоноведа. Эти двое-трое, между прочим, могут оказаться превосходными людьми, чудесными личностями. Оставим их в их области чудесного. Здесь мне важно кое-что другое. Как говорил Гёте, после прочтения, кажется, "Науки логики" или "Феноменологии духа" Гегеля: "Жизнь не делится на разум без остатка". Радует, что и по мысли Гёте, жизнь может быть наполнена разумом, хотя она и вылезает в иных местах за его края. Эти края - неразумны? И что такое этот разум жизни, который в ней, вроде, присутствует?

Я намерен поразмышлять над вопросом кантовской закваски: как возможен платонизм в современной жизни? Как современному человеку, не погрешая противу своей теоретической совести, да и просто совести, мыслить идею как бытие, мыслить материю как мюон, то есть ничто.

Если получится совладать с интерфейсом сайта, размещу пару текстов платонического стиля и содержания для затравки разговора.

Моё почтение.
Добавлено (23.06.2011, 17:03)
«АХ, ЭТО НЕХОРОШО – ФЕСТОНЧИКИ!»,-
произнесла как-то дама, приятная во всех отношениях. С ней, вкусившей с древа познания добра и зла, многим стоило бы согласиться. Писать надо в редакторе, а не во «фреймах фсяческих форумов». А потом лишь непринуждённо, то есть свободно, засовывать писульки в фестончики. К примеру, вот прочёл я писанное 1770 и крякнул: на самом деле Гёте говорил не о жизни, а о мире (это у Гёте «мир не делится на разум без остатка»). И уж если модифицировать мысль Гёте до частного от деления жизни на разум, то вопрошать релевантней не о неразумности краёв (контекстуально, это – края разума), а о неразумности закраин, тех кусков жизни, которые свисают с краёв разума. Но «еже писах писах». И интенция мысли, надеюсь, понятна.

Итак! А что, ещё не назрело платоников?

Тогда спрошу покамест: кто бы мне подсказал разумный метод размещения текстов в библиотеке? Я же не могу свёрстанный текст (pdf или docx) или его rar-архив затолкать в окно фрейма, хотя комментарий к тексту в этом фрейме разместить, конечно, можно. Или могу? И ещё вопрос: без letitbit, ifiles и рекламного мусора неужели нельзя обойтись?

Прошу прощения за долгомолчание. Так получилось.
Добавлено (28.06.2011, 20:48)
ОБ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ И ПРОЧИХ ЭЙДОСАХ.

То, что у Платона было эйдосом (самосоотносящимся бытием), в Новое и Новейшее время – самосознанием или апперцепцией, то в средневековой мысли было ителлигенцией. Интеллигенция, кстати, латинское слово, а не греческое.

Важно отскоблить интеллигенцию от новейшего психологизма. Интеллигенция – это никакое не индивидуальное сознание, никакие не субъективные переживания, а уж тем более – не «страдания о судьбах Родины». Это – насквозь знающее себя бытие. И только. Поэтому интеллигентен в полном смысле этого слова Перводвигатель Аристотеля или христианский Бог. Бог – вообще первоклассный интеллигент.

Если так понятой интеллгенцией мы пропитаем тело, у нас получится телесно исполненная интеллигенция или, иначе говоря, – личность. Всякая личность интеллигентна, поскольку самосознательна, но не всякий человек – интеллигентен, не всякий самосознателен, то есть не всякий человек – личность. Кто они такие в таком случае? Герцен называл их «люди – камни, люди – трава».

Всё «дело» интеллигенции заключается в том, что она мыслит, мыслит о себе. Это – себя знающая и для себя существующая идея.

Сообразуясь со сказанным, в каком смысле можно говорить об интеллигенции России? Интеллигенция России – это та часть России, в которой сосредоточено мышление России о самой себе. А кто носители такого мышления России о самой себе? Те люди, которые идентифицируют себя с Россией, для которых Россия – это они сами. Поскольку же они – интеллигентны, то и заняты осмыслением себя, то есть, в данном случае, Росссии.

Философы, мыслящие о всем мире, космосе суть мировые, космические интеллигенты.

Но российские или мировые интеллигенты только тогда будут самими собой, когда дело осмысления России или мира будет восприниматься ими как их собственное, как их личное дело. Всячески «изучать» можно же и из-под палки, то есть вполне по-рабски, вполне неинтеллигентно.

Всякая личность – интеллигентна, поэтому она остаётся таковой, даже если «не думает о России», даже если не думает ни о ком и ни о чём, кроме самой себя в узких пределах человеческой органической телесности. Можно быть интеллигентом и жить узко-личной жизнью. А можно жить жизнью страны и оставаться лишь расходным материалом этой жизни, не быть личностью, не быть интеллигентом.
Добавлено (30.06.2011, 15:49)
ОБ АБСОЛЮТНОЙ ЦЕННОСТИ АБСОЛЮТНОЙ ЛИЧНОСТИ И НЕМНОЖКО ОТНОСИТЕЛЬНО «MEIN KAMPF». Ч. 1.

Допустим до нашего рассмотрения в качестве предмета нашего просвещённого внимания личность не настолько завалящую и запоротую самомнением, что она сознаёт хотя бы слегка, что абсолютной личностью не является. У неё мал-мал памяти имеется, чтобы помнить, что память её не абсолютная, то есть, что не всё в этой памяти укладывается, а кое-что и выветривается. У неё мал-мал самосознания имеется, чтобы оценить свои умственные силы хотя бы с совокупным человечеством хотя бы на троечку. У неё мал-мал самосознания имеется, чтобы свои преобразовательные силы оценить тоже не как абсолютные. У неё мал-мал самосознания имеется, чтобы точность соединения в себе знания с действием не считать изумительно полным, то есть абсолютным. По совокупности таких здравых взглядов, мельком брошенных личностию на свою морду лица, она делает вывод, что реально она личность – не абсолютная. Теперь стоит задуматься: как возможна относительная личность? Только как отблеск, только как тень личности абсолютной. Как возможно 0,3 личности, если полной, единичной личности никак нет? – Бессмыслица, полная бессмыслица! Поэтому, раз только мы подумали о мелкой и ничтожной личности, как тут же, в этом же акте мысли свершили полагание абсолютной личности. То же с абсолютным разумом и абсолютной деятельностью.

Допустим, кто-то пребывает в мерзости умственного и не только умственного запустения. Мы отчётливо слышим, что слова его – медь звенящая и кимвал бряцающий. Действительно сказать так о ком-то, квалифицировать так его состояние и звук его речей можно, только зная что такое умственные расцвет, сила и мощь. Более того, совершенно необходимо предположить актуальное существование этого абсолютного ума, хотя его бытие наверное будет отличаться от бытия квалифицируемых нами как ничтожных вещей и состояний. Но оно, это бытие, должно отличаться в лучшую сторону, быть более актуальным и непреложным, нежели бытие относительных вещей и относительных умов. Ибо как же иначе мы могли бы безобразие назвать поистине безобразием, если бы абсолютной вечной красоты не существовало? Мы должны были бы выдумывать её как некую потенциальную идеальную сущность, имеющую регулятивно-оценочное отношение до всяких гадостей? Тогда чем бы такая сущность отличалась от простейшего плода небогатого воображения? Тогда всё дурно-субъективизируется и на самом деле нет никаких действительных оценок, нет никаких различий между вещами, состояниями и т. п. ни по градации, степени, количеству, ни по качеству. Тогда можно вообще обо всём успокоиться, в том числе и о проблеме актуальности-потенциальности бытия относительного-абсолютного.

Но верно не только то, что всякая мерзость и безобразие свидетельствуют о вечном добре и нетленной красоте, но и то, что всякая мелочь и ничтожество, всякая беглая мысль имеют, так сказать, своего ангела-хранителя, хотя, скорее, своего беса-искусителя. Именно, подобно тому, как относительное свидетельствует об абсолютном, так и потенциальное свидетельствует об актуальном, мысленное – о бытийном. Иными словами, для всякого настроения, всякого неяркого и мимолётного впечатления человека должно мыслить нетленное онтологическое основание. Так что бойтесь своих настроений, случайных воспоминаний, нежданной грусти. Всё это имеет актуальную бытийную силу и может предъявить её не только вам.
Добавлено (30.06.2011, 15:49)
ОБ АБСОЛЮТНОЙ ЦЕННОСТИ АБСОЛЮТНОЙ ЛИЧНОСТИ И НЕМНОЖКО ОТНОСИТЕЛЬНО «MEIN KAMPF». Ч. 2.

Из всего этого такой общий вывод: всякая мелочь, всякий момент в мире, как и глобальный мир в целом имеют не только своё актуальное бытие, но и абсолютно адекватное этому бытию сознание. И наоборот: всякому моменту сознания, как и сознанию в целом имеется абсолютно адекватный бытийный мир. (Сознание здесь – синоним ума и термин «сознание» употреблён здесь мною лишь для того, чтобы подчеркнуть момент актуализации знания в сознании, когда последнее сознаёт некое бытие).

Частный вывод таков: поскольку нет причин не мыслить абсолютной ценности (назовём её абсолютной справедливостью) как основания всяких относительных человеческих оценок, поскольку нет причин не мыслить абсолютной ценности как сущности всесильной и всеохватной, то человек в принципе может судить о чём угодно и как угодно. Но не только этот отдельный человек имеет онтологические водительские права категории Е на вагон и маленьку тележку своих суждений о мире, но и всякий другой участник глобального процесса судоговорения и оглашения приговоров может как угодно судить о самом судье, то есть первом в этом контексте «правовом» человеке. Вот почему можно смеяться над любым человеком и сочувствовать любой, даже неживой твари. Вот почему можно осудить любую религиозную практику и оправдать теоретиков бомбометания на Хиросиму и Нагасаки. Только приготовьтесь к ответным суждениям о самих себе.

Я, например, не без интереса, а кое-где и не без сочувствия прочитал первые главы «Mein Kampf» хера Хитлера. Книга написана с чувством, у парня есть свой политический стиль и слог, Гитлер, видно, переживает за свою родину, пускай и в модусе национализма осуществляет презентацию своих переживаний. Ну вот, не ирония ли истории в том, что престарелый Франц-Фердинанд, убитый славянином-сербом, принадлежал к правящему в Австро-Венгрии семейству, глава какового проводил прославянскую политику настолько искренно, что даже в своей семье говорил не по-немецки, а по-чешски, ибо его благоверная жена-чешка терпеть не могла немцев. Всякий даже не патриот, а просто переживатель за судьбы своей германской родины, раздираемой на клочки малыми населяющими её народностями, найдёт такую иронию истории уместной и умной, хотя и повлекшей трагические последствия Первой мировой войны. Замечательны, и по-видимому недалеки от истины, суждения о негодяях и демагогах социал-демократах Австрии и Германии. При всём том, если Вы спросите: сожалею ли я о неудачах политики Гитлера? – я отвечу: «Ничуть. Я не переживал бы и не сочувствовал парню, если бы он сдох и в весьма юном возрасте, так никогда и не встав у политического кормила.» А что касается реальной его политики и соотношения её с книжной реальностью «Майн Кампф», то это и вовсе отдельная песня с отдельными суждениями… Вот так.
Добавлено (01.07.2011, 18:16)
ОБ ИНДИВИДУАЛЬНОМ И ГЛОБАЛЬНОМ.

Меня всегда занимала мотивация внешне-безличностных исследований и рассуждений на глобальные темы. Вот человек судьбой России зачем-то озабочен. Немного покопаешь, окажется, это у него тема диссертации такая, а забота – просто способ грести очки в свою копилку. Простой индивидуально-корыстный интерес, никакой социальности. Так что не посочувствуешь такому образу действий гуру с челя: ежели диссертант мужчина, то научный руководитель проделывает ему щель в голове, куда диссертабельное добро просовывать, а ежели диссертант женщина – в этой щели почему-то нет нужды. Ну их к социальным травмотологам с их щелями!..

И вот человек занимается какой-нибудь кратологией (я сперва думал, это что-нибудь о земных «кратах» или людской кротости, оказалось – небесная «наука о власти»), сам будучи тщедушным и бессильным белибердяем (как верно сказал Шпет о Бердяеве), властно-социальный вес которого исчисляется миллиграммами.

Что я думаю по этому поводу?

Допустим, человек желает добиться той или иной глобально-человеческой или даже космической цели. Для самой цели часто неважно, какие средства пускаются в ход для её достижения. Для простоты и чистоты рассуждения будем мыслить её покамест формально глобально, без дальнейших содержательных определений того, какова цель по существу. Для означенного целедостижения можно, скажем, собрать людей на «Форум Земли» в Йоганнесбург (с Йоганнесбургом в его биографии случалось и такое, а не только футбольные чемпионаты, теперь об этом всеми забыто), договориться как действовать сообща, а после с большим успехом начать действовать на местах. Можно сосредоточить в своих руках громадный экономический и властный потенциал, как в США, и действовать индивидуально, не слишком-то сообща, а на чужой страх и чужой же риск. Можно одиноко медитировать в пустыне Гоби, и космос поменяется, как миленький, к лучшему, а жизнь россиян резко облагополучится. Многое чего можно... Я формализую все эти возможности в двух альтернативах: (1) или ты не просто держишь руку на пульсе мировой власти, а сама рука этой власти есть именно твоя рука; (2) или своей индивидуальной рукой ты достаёшь пупка мира и знаешь каким узлом он завязан. Первый путь – публичный, с использованием ресурсов капитала и потенциала политических партий. Второй – путь индивидуального «гения», какого-нибудь Ёки Асахары, столь неудачно пытавшегося шевелить ниточки, которыми завязан пуп мира. Завязан туже, чем думал Ёки.

Естественно для человека мыслящего правильно позиционировать своё индивидуальное я в таких глобальных темах. Большинство людей Земли не обладают ни публичной политической властью, ни космической мистической силой. Это всё ещё не лишает их мысли и они могут рассуждать, как лично им к этой проблематике относиться. Как к прогнозу погоды в Австралии – решил я для себя однажды. То есть интерес к этому можно проявлять лишь совершенно праздный. (Признаться сказать, меня не очень-то заботит даже прогноз погоды на завтра в том месте, где я живу, ибо завтра проснусь и по желанию могу выглянуть в окно...). Но тогда возникает вопрос: а к чему у меня, не человека мировой власти или космической мистической силы, может и должен быть непраздный интерес? Во-первых, к себе самому, к личному смысловому благоустройству. Во-вторых, к тому кругу или шару общения, в котором я нахожусь. Социальное близкодействие должно стать определяющим, если космос или какие-нибудь Соединённые Штаты не дают адекватного вразумительного ответа при попытках поговорить с ними накоротке. И в этих двух направлениях (я и малый социум) можно выстраивать впечатляющие смысловые конструкции, достигать реальных успехов. Тогда как Форум Земли отпустолаит и разбредётся с остро или не очень переживаемым нами чувством невыполненного им долга.

Вот я и спрашиваю квиритов: почему ещё мыслящих людей заботит судьба России, а не глобальные перспективы развития мировой металлургии? А не тщательнейшие исследования климата Венеры? Или климакса Венеры, давно окислившейся, судя по надышанной ею сернокислотной атмосфере? А не насущные проблемы энтомологии (классификация «шестиногов Бенедикта» и проч. тараканьих полезностей) или палеоботаники с её окаменелыми папоротниками и хвощами? Чем Россиия или Греция, Сирия или Ливия для вас предпочтительнее окаменелых хвощей или свежих овощей?
Добавлено (03.07.2011, 19:03)
КАТЕГОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ И ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ СВОБОДА. Ч. 1.

Категорический императив Иммануила Канта гласит: «Поступай так, чтобы максима твоей воли могла служить в качестве естественного закона». Истоки такой попытки редукции человеческого действия, человеческих поступков к естественно-научной законосообразности понятны: Кант взлелеян на ньютоновской механицистской системе мира, иерархами же в царстве Ньютона являются законы природы и даже более жёстко — законы механики. Можно посетовать на пренебрежение спецификой человека и общества людей сравнительно с миром природы. Но не это мне сейчас важно, а важна та своеобразная сила, которая выражена в максиме самого императива: подчиняй свои действия такому порядку, такому закону, который был бы сродни закону всемирного тяготения сэра Исаака Ньютона или закону соотношения массы и энергии Альберта Эйнштейна. Порядок человеческой воли должен быть так же строг, как и порядок природы.

Предваряющие формулировку категорического императива и, можно сказать, опошляющие его его интерпретации можно найти в бесчисленных перепевах так называемого «золотого правила нравственности»: «Поступай с людьми так, как хочешь чтобы они с тобой поступали». А ежели я смерти своей желаю, я должен открыть охоту на людей?! И эти ржавые гроши мудрости называют золотым правилом! Это же закон талиона, утверждающего тождество убытка и возмещения: око за око, зуб за зуб… Торговля ширится и дальше идут часы за трусы, колючее за вонючее, вира за убийство и т. п., то есть не нравственные, а судебно-полицейские и торгово-закупочные меры. Дальнейшее опошление заметно в такой расхожей мудрости: живи и давай жить другим. — То есть, занимаясь личными пакостями, хотя бы сквозь пальцы смотри на пакости чужие, не рвись морализаторствовать. Предел заземления и опошления категорического императива можно найти в итоговом суждении одной дамы из анекдота, обратившейся к мужу, изумлённому роскошными порядком и чистотой в доме поутру, тогда как вечером, кроме мужа, там ещё не один чёрт ногу сломал. Вспоминая вчерашнее, постельное «другое-третье», эта дама заметила: «Вот, ты ко мне, как к человеку, и — я к тебе!»
Добавлено (03.07.2011, 19:04)
КАТЕГОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ И ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ СВОБОДА. Ч. 2.

Все эти интерпретации и личные досужие мудрости домотканных и пеклеванных любомудров следует отбросить как жалкие и ничтожные, пахнущие не истиной, а «протухшей ложью», по меткому слову Михаила Бакунина. В самом деле, только в предположении, что все люди одинаковые, похожие на меня и от меня совсем не отличимые, я могу попытаться отнестись к ним так, как я хотел бы, чтобы ко мне относились, как я бы сам к себе отнёсся, как я сам к себе отношусь. Чтобы всё в таком обществе протекало гладко и гармонично, этот самый «я» сам должен быть гладким и гармоничным, а заодно и все другие должны ему уподобиться и быть гладкими и гармоничными. Иначе, даже при существенной однородности общества индивидов отдельный его индивид, будучи самопротиворечивым, не любящим себя и даже себя ненавидящим, может существенно попортить картину чаемой социальной гармонии. Однородное общество человеконенавистников и само-ненавистников будет в полном согласии с «золотым правилом нравственности» истреблять себя, будет рубить направо и налево, ничуть не погрешая противу «правила». Такому обществу туда, впрочем, и дорога. Беспокоит меня здесь лишь «правило нравственности», великолепно себя чувствующее и в сладко-сопливой, и в такой человечески агрессивной средах. Излишне, излишне вертикультяпистая нравственность у этого «правила». Надо бы ей быть поразборчивей, быть не столь всеядной.

В классической же формулировке Канта категорический императив сохраняет всю силу и мощь природного закона, непреложного, как динамика планет или статика звёзд. Закон природы есть некая объективная данность, которая не потерпит подмеса человеческих желаний или человеческих же устремлений. Мало ли чего ты желаешь! Есть закон нравственности, столь же не терпимый к исключениям, как и закон сохранения энергии и массы. Этому закону нравственности и следуй. При этом действие этого закона может оказаться болезненным и даже деструктивным в отношении тебя самого. Ну и что! Таков уж ты, если действие нравственного закона на тебе отражается деструктивно. На другом, весьма отличном от тебя, это действие отразится благотворно. Личное попискивание и претерпевание болезненных ощущений — не основания для отмены или нарушения закона.

Но категорического императива мало. Надо как-то сочетать категорический императив с человеком, чтобы сила и мощь природного закона соединилась со спецификой человека без редукций и изъятий. Я формулирую это так: хотя человек свободен действовать в отношении других людей и самого себя как ему вздумается, хотя и прочие люди и ты сам свободны относиться к твоему поступку как им вздумается и свободно действовать в ответ, — лишь свободное избрание тобой такого образа действий, в котором максима твоей воли может стать естественным законом, следует считать и человечески, и природно оправданным и приемлемым. Попросту говоря, категорический императив должен стать предметом свободного выбора со стороны человека, а не машиной жёстких инструкций и предписаний для человека.
Добавлено (05.07.2011, 19:40)
ОБ ОТВЕТСТВЕННОМ ВЫСТУПЛЕНИИ.

Просматривая различные ветки данного форума, я так и не нашёл биения живой мысли, заинтересованного обсуждения той или иной темы. Возможно, заинтересованность-то имеется, да только способности выражения скудны и убоги, или квириты неверно понимают жанр форумного словоговорения. Видимо поэтому «как только всеобщее «за» превратится в зловещее «чу!», я отважно закрою глаза и со всей прямотою смолчу» (М. Щербаков).

Оскар Уайлд, вопреки семантике своего имени (WILD) был человеком изощрённой культуры, доводивший выражение заинтересовавшего его содержания до предела. Это почти закономерно приводило его к парадоксам. В одном из эссе, кажется, это был «Критик как художник», он высказался о работе художественного критика по внешности парадоксально, но верно по существу. Именно, творение художественного критика, если это ответственного творение, стоит выше своего предмета, художественного произведения. И действительно, художественный критик находится в рефлексивной позиции, рамки художественного творчества суживаются предметом критики. И в этой позиции он должен выразить что-то нетривиальное сверх того, что выражено художником. Так что художнику легче, чем критику. Но это – сокрушающая сонмы критиков лёгкость. Экстраполируя мысль Оскара Уайлда на историю философии, следует с полной безутешностью заметить, что человеческая культура породила лишь несколько действительных историков философии. В этом нетрудно убедиться, стоит лишь почитать, что писали и пишут о Платоне и Плотине, Гегеле и Марксе…

Переходя от великого к малому, должен заметить, что «ответственное выступление» на форуме – это особый жанр. И он успешен только тогда, когда имеется понимание какого-то содержания и, сверх того, имеется что сказать по поводу понятого. И то, и другое – довольно трудно. Но писать помимо этих двух ипостасей – «похоже на бред или облако», как выразился «подросток» у Ф. М. Достоевского.

Вот я высказался цитатно на одной из веток, что, по мнению С. Лема, Хайдеггер – или дурачок или сволочь. Стало быть, исследователи Хайдеггера исследуют писания сволочи или дурачка. И что я услышал в ответ? «Мы здесь текстами занимаемся, а не национал-социализмом.» Во-во, это в жанре понимания моей публикации цитаты… В итоге ветка счастливо засыхает, хотя и не я тому виной, а скорее – общее состояние умов. Кстати, мне приходилось шарить по немецким форумам, и вот на одном из них шёл семинар по «Феноменологии духа» Гегеля. Был задан какой-то вопрос о понимании какого-то участка текста и был опубликован ответ на несколько печатных страниц. Видимо, глубокомысленный. И всё бы хорошо, только последнее сообщение на форуме датировалось несколькими летами тому назад, а сообщений было то ли три, то ли четыре. Это говорит о том, что не только платоноведение у русских никому не нужно, но и гегелеведение никому не нужно у немцев. Возьмите сие на заметку, квириты…
Добавлено (05.07.2011, 19:54)
К ОНТОЛОГИИ И ПСИХОЛОГИИ ПОНИМАНИЯ. Ч. 1.

Понимание — двуединый процесс. Это — (1) очерчивание фигуры понимаемого предмета и, следовательно, движение по периферии понимаемого; а также это — (2) проникновение в средоточие понимаемого, его сердце.

В завершённом процессе внешняя полнота содержания синтезируется с внутренней проникновенностью в целостном смысловом лике понятого.

Взятый более со стороны внутренней этот лик есть понятие, со стороны внешней — имя. Имя заряжено понятием, понятие прикрываемо именем, понятие сказывает себя в имени, хотя потенции раскрытия себя получает, лишь укореняясь в речи (устной или письменной) — сочетании имён.

Лишь потенции, так как понятие одействотворяется лишь энергией понимающего субъекта. Но речь — всегда обращение к такому субъекту и исполняющийся поиск такого субъекта — субъекта её понимания. Понять речь — значит раскрыть оболочки имён, обнажить понятия, то есть сердца понятых предметов, сердца, законсервированные в именах.

Чрез имя и речь предмет получает традицию своего понимания.

Традиция ширится, если предмет прежде не получил полного созерцания, и уплотняется, если предмет не проникнут мышлением до сердца. Разумеется, традиция одновременно и ширится, и уплотняется в силу взаимозависимости и взаимоподдержки составляющих струй понимания.

Неповторимость любого предмета обеспечивает ему традицию понимания и ширящуюся, и уплотняющуюся. Мера неповторимости повышается и увеличивается с увеличением количества составляющих этот предмет частей и их взаимоотношений — у мира уменьшаются возможности для повторения такого предмета.

Полнота неповторимости — исполненная неповторимость — есть уникальность, образующаяся сочетанием единичности и единственности. Уникальность присуща лишь миру в целом, то есть всему, что было, бывает и будет, взятому как одно целое. Мир — уникум.

Поскольку кроме мира нет ничего, то есть и мы, понимающие, вместе со всем, что не есть мы, составляем этот мир, то и чрез нас мир понимает себя, осуществляет самопонимание.

Вырабатываемое чрез нас понимание мира заключается в его имя. В нашей речи о мире мир разговаривает сам с собой и сам же записывает свои речи. Но ни в понимании, ни в понятии, ни в речи, ни в имени мир не исчерпывает себя, поскольку, являясь в них, он всё же не отрывается от себя; в них сказывается действительность и реальность мира, но действительно и реально в них второй мир не исполняет себя.
Добавлено (05.07.2011, 19:55)
К ОНТОЛОГИИ И ПСИХОЛОГИИ ПОНИМАНИЯ. Ч. 2.

Как осуществляет мир самопонимание? Так как у мира нет ни начала, ни конца, то очерчивание фигуры такого предмета как мир, движение по периферии этого предмета осуществляется людьми вечно. Ибо очерчивание границы и фигуры бесконечного и безначального и должно оказаться вечным очерчиванием.

Проникновение людьми в сердце мира — тоже вечный процесс, так как сердце мира, реагируя на изменения мира в вечном акте его самосозерцания и самопроникновения в своё средоточие, — сердце мира, будучи чутким и чувствительным, изменяется.

Мир поэтому — вечная загадка для самого себя, вечно им разгадываемая. Мир поэтому свободен от скуки постылой принудительности и необходимости своего движения. Траектория его движения всегда неожиданна для него самого, но всегда и желанна. Мир — блаженный.

Тогда и имя мира звучит вечно и вечно в его имени сказывается его понятие — сокровенный смысл мира. Будучи безначальным и бесконечным, мир как мир не имеет ни чего-то внутреннего, ни чего-то внешнего. Поэтому имя мира и есть понятие мира, а понятие мира и есть имя мира. Смысловой лик мира проявляется без дополнительных синтезов. Свершается лишь один и единый акт самопонимания. И то, что у нас отчасти разделено, что у нас не обходится без усилий соединения, там дано непосредственно и в этой непосредственности мы угадываем и первое (имя), и второе (понятие).
Добавлено (05.07.2011, 19:56)
К ОНТОЛОГИИ И ПСИХОЛОГИИ ПОНИМАНИЯ. Ч. 3.

Противоречие предмета, представленного посредством текста и читательского восприятия в процессе чтения, состоит вот в чём.

Акт понимания, взятый в связи с субъектом понимания, есть процесс перехода от неясного к ясному, от неявного для человека к явному для него. Причём в процессе проясняется сразу весь целостный смысловой лик предмета, а не какая-то его часть, не та или иная деталька. Если восприятие направлено на часть, понимание несостоятельно и слепо-ущербно. Понято и понятно лишь нечто целостное, причём целостное также и в восприятии, а не только само по себе. Если же само по себе оно не целостно, а так или иначе частично и, стало быть, ущербно, терпит, стало быть, какие-то недостатки, то понято оно может быть лишь в рамках мысленной реконструкции этого нечто в составе того целого, которое требуется этим нечто как частью. Понятно, что иные части этого целого, реально не существующие рядом и вместе с этим нечто, в мысленной реконструкции должны быть отделены от реальной части виртуальным мысленным пунктиром.

Специфические трудности понимания текста таковы, что даже если текст повторяет концентрическую структуру понимания (осуществляющегося в движении от смыслового центра и обратно), внешне он всё равно выступает как последовательный переход от детали к детали.

Макет текста — прямая линия строки или столбца. Макет процесса понимания — воронка, с движением мыслей по ней от раструба к горловине. Макет понимания же применительно к понимаемому предмету есть пространственная фигура предмета с обозначенным его сердцем. Линию текста можно изогнуть в сужающуюся спираль (изогнуть по лекалу понимания) или забинтовать ею фигуру понимаемого предмета. Но в обоих случаях, лишь пройдя всю линию, понимаешь что за фигура тобою прочлась в движении по исполненной тобою траектории текста.

Понимающее чтение по самому своему ходу верно указывает те или другие очертания фигуры воспринимаемого чрез текст предмета. В таком чтении синтезированы одно- или двумерное линейное движение текста как текста и пространственная живая фигура понимания предмета. Так что линейное движение оказывается средством описания фигуры понимания. Так что тексты оказывается возможным переиздавать, разумеется, если за дело берутся понимающие читатели — филологи.
Добавлено (05.07.2011, 19:57)
К ОНТОЛОГИИ И ПСИХОЛОГИИ ПОНИМАНИЯ. Ч. 4.

Умонастроение понимающего читателя подобно карандашу. Воля читателя выступает непосредственным и ближайшим субъектом — рукой, держащей карандаш и движущей карандашом, прочерчивающей им фигуру предмета, представленного текстом. След понимания остаётся между текстом и читателем, в пространстве понимания, последнее же, как уже не раз говорилось, не может быть ни чисто субъективным, ни чисто объективным. Понимание, опираясь на ровную плоскость печатного листа, создаёт свои объёмы, пространственные фигуры понимания. Чем выше понимающее сознание читателя, тем более высокое доступно его пониманию. Движение понимания итожится в его результате — понятии.

Непрерывное криволинейное движение, замыкаясь на себя, завершает целостный смысловой лик предмета. Как таковой этот лик — неподвижен, единичен и единствен. — Покоится в себе самом.

Непрерывное движение понимания оборачивается дискретностью понятия — смыслового лика предмета. Проявляющееся вовне понятие предмета есть его имя. Связь с другими понятиями осуществляется как знакомство, связь имён, образующая речь. Движение речи есть обличье понятийного движения, процесса мышления. Понимающее чтение, стало быть, всегда есть постижение мышления автора текста, каким бы ни был текст тематически. Поскольку же мыслит и говорит человек, постольку понятие — это сердце предмета, переместившееся в голову человека; а имя — это сердце предмета, бьющееся в человеческом разговоре.
Добавлено (07.07.2011, 12:53)
ДИАЛОГ. Ч. 1.

Что такое диалог? Кого спросить об его существе? Греков? Διαλεγομαι значит «вести беседу вдвоём». В таких беседах родилась и проросла чрез них диалектика. Диалектика — учение и действительность взаимоотношения (тождества?) противоположностей. Диалектика обширнее и основательнее диалога именно потому, что выросла из него. Обнаружив свою фактичность наряду с фактичностью диалога, диалектика низвела его до одной из форм своего проявления, проявления языка в речах беседующих. Хотя диалектика теперь и без диалога может спокойно проявить себя в реальности, даже быть самой и самой живой реальностью и действительностью, но в специфическом соотношении с диалогом она выступает как языковая основа, на которой диалог воспроизводится речами, или, иначе, здесь диалектика — это сущность языка, а диалог — её обнаружение в речевом противостоянии и сутолоке, тупой взаимной грубости и брани, но также — в искреннем и разумном согласии.

Если взаимоотношение диалога и диалектики обнаруживается в движении от речи вглубь к языку и обратно, то в поверхностном кипящем слое речи диалог специфически взаимосоотносится с монологом.

Принципиально понимаемый монолог есть речь решительно твёрдая и монолитная, «из единого куска стали». Внутренние различия ей принципиально не показаны. Монолог в принципе — одно слово, один звук. Таковы его внутренности. Но принцип монолога, проводимый и вовне, есть речь принципиально ни к кому не обращённая, не предполагающая воспринимающего уха и последующего ответа. Монолог поэтому заполняет всё пространство языка, не позволяя кому-то ещё быть в этом пространстве.

Если в смысле концентрируется собственное достоинство, а в значении — результат направленности смыслоносителя вовне, к иному, то в монологе смысл принципиально неотличим от значения.

Так что можно было бы говорить о безукоризненно проведённом отождествлении смысла со значением, если бы в монологе когда-либо существо вали различия смысла и значения, если бы сказанное не было приступом, да, диалогическим приступом разумения специфики монолога, если бы монолог допускал кого-нибудь, для кого монолог нёс бы значение. Принципиально монолог — речь Бога, заполняющая весь мир.

Любое различие — диалогическое развязывание языка, остротца специфики диалога. Но ведь нет росписи речей по ролям? Так какой же тогда диалог? Иной. Есть прерывы изложения — обращение к иному предмету, есть обращение к читателю или слушателю, есть обращение автора к самому себе, когда он сам-друг разговаривает.
Добавлено (07.07.2011, 12:55)
ДИАЛОГ. Ч. 2.

Даже Прокл, писатель, для которого рассудочность стала страстью, обходится ли он без вопросов в своих текстах?

Онтологически монолог — речь мира: говор мира или писания мира; а то и так, что «звучат лишь письмена». Но при этом говор мира, писания мира, звучащие письмена мира и суть сам мир, как в имяславии имя Бога и есть сам Бог, хотя Бог — не есть только своё имя. В онтологии диалога сливаются язык и речь, диалектика и диалог (основание и следствие, сущность и её проявление). Всякая речь есть, обладает бытием. Значит в любой речи, речи любого калибра пустоты, хотя бы минимально, хотя бы скрытно сказывается само бытие. В речи, понимаемой как бытие, сказывается всё бытие. В диалоге, понимаемом как бытие, Бытие чрез человека беседует с самим собой. Онтологически монологу человек — принципиально без надобы. В диалоге же онтологическое преимущество человека таково, что миру в его беседе с самим собой принципиально не обойтись без такого органа речи и слуха, как человек. Человек, находясь в центре мира, делит его надвое, выступает в мировом диалоге слухом и речью, языком и ухом мира. Человек — условие мыслимости и существования онтологии диалога.

Но что же должен сделать человек, чтобы своей речью сломать немоту всего мира, а не просто нарушить тишину одной комнаты? Для этого предметом диалога должен стать Сам Мир, Весь Мир. Но Мир в его Всём — предмет философии. Однако диалог должен быт
Администратор запретил публиковать записи гостям.

08 Июль 2011 18:40 #2

  • harmony-petrov
  • harmony-petrov аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 5
  • Репутация: 0
По поводу монолога

Мне кажется, что вы наводите тень на плетень. Монолог может состояться только как продолжение диалога, того диалога, который и формирует самого человека способного к монологу. И разговор с самим собой - это лишь продолжение диалога. Диалог присутствует всегда, он возник за долго до осознания индивидуумом своей персональности, человек рождаясь сразу попадает в диалоговое пространство и не выходит из него никогда.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

08 Июль 2011 19:27 #3

  • 1770
  • 1770 аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 7
  • Репутация: 0
ДИАЛОГ. Ч. 3.

Однако диалог должен быть философским и по методу. Говоря иначе, участники онтологического диалога должны принимать на себя мировую ответственность, быть открытыми к ней, иметь волю к абсолютной истине и силу суждения, сообразную «скрытой сущности Вселенной» (Г. В. Ф. Гегель).

Что? Вы уже подали заявку на участие?
Добавлено (08.07.2011, 18:17)
СТЕПАН ТРОФИМОВИЧ ТАРАЩИЛ ГЛАЗА И ТРЕПЕТАЛ...

Но был уже невменяем, так он боялся свою генеральшу... Она его укоряла: "Вы ничего не пишете, а они все пишут!.." Примерно так же, как "Бесах" у Достоевского, форумный робот уже не шевелил движком, скармливаемые ему сообщения в моей теме не публиковал, а терял и лишь неустанно повторял: "Ваше сообщение добавлено". Куда добавлено? В выгребную яму? Понятно, что ""кис-кис" заело", но я думал, он, андроид, - более стойкий, стиснутый брюхоногими "красавицами" и мобильными телефонами, так сказать закалённый мясом и железом...

Я вообще, видимо, скоро перейду к более свободному письму. Разумеется, свобода моего письма ограничивается предметом, разумеется, предметом чтения. Буду делиться платоническими впечатлениями от прочитанного. Так сказать, эмпирическая жизнь 1770-го платоника. Это никак не лишает меня потаённых радостей теоретического постижения каких-нибудь "Первооснов теологии" Прокла, активных занятий лосеводством или ещё чего. И если сие будет не слишком интимным и я сочту оное уместным, может, и поделюсь своими раздумьями и на эти, теоретические темы.

Спасибо квиритам за внимательное чтение и благородное молчание. Как со стоиками, с вами хорошо молчать. Ждите новых сообщений, чтобы почитать, помолчать, подумать...
Добавлено (08.07.2011, 18:26)
ПЕСЕННАЯ «ПОЭЗИЯ» Ч. 1.

Песенная «поэзия», как обычно, крайне непритязательна, из последних, весьма скромных, умственных сил надуманна и тупенько заботится лишь о простейшей рифме, со смыслом же – как придётся, точнее – до смысла эти «поэтические умы» просто не дорастают. Примером может служить и этот запев первого куплета крайне популярной в своё время песенки.

Там, где клён шумит
Над речной волной,
Говорили мы
О любви с тобой.
Опустел тот клён,
В поле бродит мгла,
А любовь, как сон,
Стороной прошла.

Итак, клён шумит… Это вполне позволительно, тем более если клён покрыт листвой, хотя опытный ботаник подскажет вам, что никакой особой шумливостью, сравнительно с другими деревьями, клён не обладает. Ну клён – так клён… Пусть его… Но вторая строчка уже вызывает лёгкое недоумение. Клёны не растут по берегам рек, их там надо специально высаживать. А уж склоняться над речной волной клёну и вовсе проблематично. Не обладая стройностью кипариса или эвкалипта, клён всё же не столь гибок стволом, как плакучая ива, поэтому нависать над водами реки и, следовательно, над бывающими в этой воде волнами клёну «не с руки», точнее – «не с ветвей», «не со ствола»…

Дальнейшая несуразица – опять-таки топографична. Ибо в этом самом месте зашумления среды обитания клёном «говорили мы о любви с тобой». Странное место для интимных разговоров нашли наши предположительно влюблённые – между речной волной и клёном.

Вся эта нелепость, правда, не вечна – «опустел тот клён». Чем же он был полон? Вероятно, шумящей листвой, которую теперь, видимо, сбросил? Но листва располагается на клёне, а не в клёне. Так что нелепость вытеснена нелепостью же, клён может отшуметь и оголиться, но не опустеть, он не ёмкость, не ящик, не контейнер. Впрочем, на смену и «этой нелепости» явилась следующая – «в поле бродит мгла». Вот оно как! Мы, оказывается, не на реке уже, а в поле. С какой радости? Или печали? И зачем там бродит мгла? Куда она забредает? В чём поэтический смысл смены кленового шума олицетворённой мглой? Шум сменился мглою – это так трогательно поэтично?
Добавлено (08.07.2011, 18:27)
ПЕСЕННАЯ «ПОЭЗИЯ» Ч. 2.

Дальше – больше. Любовь не покидает и второе четверостишие, вот только в этом втором она, «как сон, стороной прошла». Как ни крути, образцом является сон, а любовь ему подражает. Когда сон прошёл, человек пробуждается. Но чтобы сон «прошёл стороной» – это такая же несуразность, как сон, «прошедший в дальнюю комнату», «прошедший налево», «прошедший перед первомайской трибуной», «прошедший через пустыню», «прошедший госприёмку»… Но Бог с ним, с Морфеем. И Гипнос прошёл – и прошёл, пусть и сонно хромая на обе ватные ноги в столь неудачном сравнении. А что же вторая участница сравнения, любовь? Она, уверяют нас, «как сон, стороной прошла». Вот теперь и она «ходит стороной»… Что это значит – «стороной прошла»? Вы, стало быть, разминулись с любовью? А как же разговоры о любви, которые мы слышали выше – ну, выше волны и ниже клёна? Кстати, разговоры о любви не ведутся походя, тем более – навстречку (что-то вроде ни к чему не обязывающего «Здрасьте!» и петушком-петушком – по своим делам), и уж совсем невозможно вести разговоры о любви, когда она «прошла стороной». Скажите честно, посещала вас любовь или нет? Если уж разговоры разговаривали, явно что-то между волной и клёном было встык, явно она не «стороной прошла». Или «эта любовь» такая? Или разговоры таковские? Люди в поле, любви нет (идёт она лесом!), а лингвомастурбация на её тему в самом разгаре?

Что же, в конце концов, хотел сказать автор этих нескольких песенных строк? Любовь была, и лирические герои о ней лирически же и говорили. Но потом она прошла, «как сон, как грёза». Вроде как протрезвели и забодрствовали с ушедшей любовью, а то – всё спали да грезили, мечтали да фантазировали.

Зачем здесь клён? Не мешал ли его шум разговаривать о любви? На каком плавсредстве вроде бы влюблённые располагались между речной волной и клёном? С какой поэтической надобы появилось поле, как место бродяжничества поэтически не менее случайной мглы? Кленовый шум символизирует любовь, а полевая мгла – её пропажу? Вновь спрошу: это поэтично?

Та невольная бравада поэтической импотентностью («а любовь, как сон, стороной прошла») и общее скудоумие автора этих песенных строк не позволяют задавать такие вопросы самому автору, их следует полагать частию – риторическими, частию – заданными более просвещённому воспринимающему сознанию. Любите поэзию!
Администратор запретил публиковать записи гостям.

08 Июль 2011 19:52 #4

  • 1770
  • 1770 аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 7
  • Репутация: 0
Цифры не отбрасывают тени, да и плетень - не из тех архитектурных сооружений, близ которых я имею обыкновение располагаться.

"Онтологически монологу человек — принципиально без надобы", простите за авторскую цитату. Если мир говорит с собой, он может обойтись монологом и обойтись без человека. Мир крякнул, отрыгнулось Е=МС2, и сказал мир, что это хорошо! А вот человек, как вы верно заметили, монологизирует лишь в качестве паузы в диалоге. Почему Бахтин внимательно относился к речам, в том числе и матерным, кустанайских колхозников? Потому что диалог всегда непредсказуем и даже одноногому ссыльному счетоводу, сколь он ни глубокомыслен, приключенчески интересно, куда повернёт линия диалога, которую не сплошь ты формируешь и управляешь ею, она управляема также и кустанайскими селянами. Не так ли? Ну, думал ли я пять минут назад, что заговорю о тенях и плетнях?
Администратор запретил публиковать записи гостям.

09 Июль 2011 01:53 #5

  • harmony-petrov
  • harmony-petrov аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 5
  • Репутация: 0
Проблема монолога и диалога, которую вы разворачиваете, является исключительно сферой самоутверждения одинокого ума. Она (проблема) не имеет никакого отнологического содержания. Миру нет надобности говорить с самим собой или с кем(чем)-либо от себя самого. Но мир наполнен взаимодействием, именно через взаимодействия и раскрывается бытийность элементов мира и вне этого взаимодействия ничто не существует. Диалог - это форма взаимодействия не более того.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

09 Июль 2011 19:10 #6

  • 1770
  • 1770 аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 7
  • Репутация: 0
"Миру нет надобности говорить с самим собой или с кем(чем)-либо от себя самого" - легко же вы решаете за мир, какие у него надобности. А вообще: "Что вам Гекуба?", знатоку "отнологического" содержания, а также его отсутствия? Онтологический статус идей для вас, как позитивиста-эмпирика, разумеется есть смертный грех. Вот и не грешите. Зачем же вы с такой лёгкостью решаетесь на суждения, стремящиеся к не менее онтологическому статусу (к примеру, только что процитированное мной), чем осуждаемые? Лишь бы ваша эмпирия была сохранена? Чуть больше самосознания - и онтология затенения плетней вас будут интересовать меньше, как, впрочем, и онтология вообще, займётесь наведением порядка в умственном "козяйстве". "Диалог - это форма взаимодействия не более того." Вам лет 5 или 7? Возраст для подобных банальностей. Добавьте ещё, что "всякое взаимодействие есть отношение", и та активная тривиальность, которой вы тяжко служите, сможет на время успокоиться и дать вам небольшой отпуск.

Для людей, не испорченных эмпирическим позитивизмом второй, третьей и т. д. волны могу пояснить, если в пояснениях здесь вообще есть нужда, что монолог в его чистоте, как речь принципиально ни к кому не обращённая и не могущая быть ни к кому обращённой, возможен только тогда, когда субъект речей, субъект словоговорения единствен, заполняет собой весь мир, то есть совпадает с миром, как всем, что было, есть и будет. Если мир мыслить так, то изъятий из него быть не может, любое изъятие нарушает целостность мира, мир перестаёт быть самим собой. Но и в этом случае речь может или должна быть к кому-то обращена. В данном случае она может быть обращена к самому миру. И, значит, даже в пределе монолог мыслим пусть как неполный, вырожденный диалог. Диалектика монолога и диалога вполне мыслима онтологически. Каковы трансцендентальные условия этой мыслимости - пояснять не здесь.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

10 Июль 2011 01:50 #7

  • harmony-petrov
  • harmony-petrov аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 5
  • Репутация: 0
Я не могу назвать ваш метод познания мира оригинальным, когда вы персональную тоску,в которой смешались одиночество, невыговоренность, и одновременно бессистемность и калейдоскопичность представлений, распространили на все Бытие в целом и теперь усиленно пытаетесь исследовать то, что сами напридумали (испытывает ли весь мир такую же тоску по диалогу раскрываемую через монолог)

У меня сегодня чешется пятка, и я следуя вашей методе должен задуматься, что у всего Бытия должна быть такая же пятка, ведь если я чешу пятку, то это может означать только то, что я отражаю потребность почесать всего мира, у которого просто пятка по больше. А почему бы нет. А теперь сюрприз - сформулирую ка я философскую проблему мировой пятки и буду сосать эту тему, пока зубы не растворяться.

В критике такой позиции нет никакой грубой эмпирии, а есть здравый рассудок.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

30 Авг 2011 15:48 #8

  • 1770
  • 1770 аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 7
  • Репутация: 0
К ПСИХОТИПОЛОГИИ ПОНИМАНИЯ. Ч. 1.

В русскоязычной общественной мысли, прежде всего философской, исторически сложились два вида людей, неспособных к пониманию, в том числе и пониманию вещей очевиднейших. Первый – невменяемые, те, у которых волевые процессы обгоняют мыслительные. Они вечно суетятся, что-то конструируют из словес и в лучшем случае, если что-то понимают, это что-то – их собственная словесная конструкция чепухи. Но чаще всего они не способны понять и самих себя. Когда такой невменяемый начинает заниматься историей философии или историей мысли вообще, выходит что-то противное, дурно-надуманное, никому не интересное, в том числе и автору.

Второй вид – повреждённые, у этих способность понимания социально отбита в процессе успешной общественной практики. В ходе обучения в партшколе его строго-настрого обучили, что там-то и там-то чёрное есть белое, вот в этом месте белое следует считать зелёным, а вон там малиновое – одним из 256 оттенков серого, каким из оттенков – придёт закрытое циркулярное письмо, которое всё и разъяснит. У этого второго вида совершенно подавлена воля и каких бы высот в академической карьере представитель его ни достиг, он оживляется и простейшая осмысленнойсть во взгляде у него появляется лишь тогда, когда его спросят, любит ли он грибочки собирать и какие огурчики ему больше нравятся: малосольные или маринованные? То есть лишь в этой, съедобной, или аналогичной области личность его способна, пусть на простейшие, но живые проявления. Осторожно, при обращении к нему использовать следует функциональный стиль именно лакейской речи (все эти уменьшительные «грибочки», «огурчики», «колбаску», и т. п.), иначе замкнётся и не раскроется.

Оставим трескуче-деятельных или инфантильно-безразличных непонимателей в их царстве смутного и неопределённого.

Что касается именно понимания, то проще всего ему подвергнуть и достичь успеха что-то созданное в едином стиле, с ярко выраженными характерными чертами, короче – предмет культуры. Да-да, стилистически цельный текст, например, понять гораздо легче, чем обыденную речь. Поэтому когда филологической или философской науке становится понятным не учёный текст, который она же и создаёт, а, скажу по Тютчеву, «точный смысл народной поговорки», сие следует считать настоящим успехом «службы понимания», как, между прочим, именовал филологию С. С. Аверинцев.
Добавлено (10.07.2011, 17:47)
К ПСИХОТИПОЛОГИИ ПОНИМАНИЯ. Ч. 2.

Но вот и пример понимания, а скорее – вынужденного недопонимания обыденной речи, насколько успешный – судить читателям.

Идя по улице, невольно услышал фразу из разговора двух замшелых особей рода Homo nesumlevaytes sapiens: «Выпью. Немного погодя, поем. А так нельзя!» Поскольку каждое слово произносилось отдельно, с мерными раздумьями после его «озвучки», постольку на осмысленное интонирование и, уж тем паче, логическую акцентуацию реплики рассчитывать не приходилось. Второй или медленно впитывал эту мудрость, или молчаливо с ней соглашался, но паузу держал вполне ельцинскую. Поэтому, «как нельзя», я пребывал в сомнениях весь остаток пути:

1. То ли нельзя только выпить, без того, чтобы впоследствии не поесть?

2. То ли нельзя только поесть, без того, чтобы предварительно не выпить?

3. То ли нельзя выпить и поесть одновременно, непременно надо погодить?

4. То ли нельзя годить много и долго?

5. То ли нельзя извращать должное чинопоследование: сперва поесть, а уж потом выпить?

И только в одном у меня не было сомнения: неспешные старые «толкуны» были преисполнены чувства взаимопонимания и, хотя не были «навеселе», пребывали в радости общения.

Думаю, этот пример хорошо дополнит моё сообщение о должной требованиях к ответу на форуме («Об ответственном выступлении») и, возможно, кого-то предостережёт от проявлений подобной «радости общения» или дремучих идиотических препирательств.
Добавлено (10.07.2011, 18:30)
ТОМУ, КТО НЕ МОЖЕТ…

«Я не могу назвать ваш метод познания мира оригинальным»… Ну что ж, надо бы не забыть принести петуха в жертву Асклепию. А вообще, как могут отравленные субъективизмом люди не понять, что изобретать «оригинальный метод познания» может быть строжайше этически запрещено? Что подобное проявление немощи («Я не могу назвать…»), вероятно, оскорбительное для какой-то богемно-субъективизированной среды, в которой только и смыслу как в бессмысленном оригинальничанье, кем-то может восприниматься как комплимент? Тут самый спорт и самый сенокос не в оригинальных методах, а в причастности методам платонизма. А в платонизме онтологизация идей – дело обычное. А если кто-то путает онтологически оформленную идею с личностным мыслительным высказыванием, пропозицией формализованной логики 19-21 веков, то в отношении к платонизму подобная путаница – совершенно не оригинальна, случается сплошь и рядом.

Так что когда 1770-й говорит, что принципиально монолог – речь мира или речь Бога, попытка сознания, отравленного современной субъективистской и волюнтаристической философией, отождествить автора подобных суждений о монологе, то есть 1770-го, с целым миром или Богом, выкатить по этому поводу глаза и задуматься о мании авторского величия, самому 1770-му могут присниться только в страшном сне, как субъективистический кошмар, решивший преследовать его, 1770-го, за какие-то грехи супротив платонизма. Но ничего другого субъективистическое сознание подумать и не может, поскольку кроме индивидуального сознания и индивидуального ума оно никакого другого ума или сознания и не знает, а всякую онтологически представленную идею воспринимает как «неправомерное гипостазирование» индивидуальных умственных построений.

Между тем 2500 лет платонизма говорят о другом. Вот одно место из комментария А. Ф. Лосева к Проклу.

«В буржуазной философии мышление очень часто трактовалось как нечто вполне субъективное и даже узко субъективное, как нечто психологическое. Это не имеет ничего общего с неоплатоническим учением о мышлении и уме. Мышление является здесь процессом в самом бытии, процессом самого бытия, космическим и надкосмическим процессом, то есть мышление здесь неразрывно связано с самим бытием и есть не что иное, как субъективная сторона самого бытия, когда само бытие мыслит само себя и когда само бытие имеет свой собственный смысл и тождественно с ним. Таким образом, в неоплатоническом уме и мышлении нет ровно ничего субъективного в смысле буржуазного субъективизма и буржуазной индивидуалистической философии.»

Где здесь человек? Где здесь личность? Где здесь индивидуальное сознание?
Имеющий глаза да увидит. И покажет пальцем.
Добавлено (11.07.2011, 19:24)
ПОСТИЖЕНИЕ И ОЦЕНКА. О МАРКСЕ СОЧНОМ И НЕ ТОЛЬКО…Ч. 1.

Не всякий феномен заслуживает имманентного своего постижения. Но в общении со всяким феноменом мы должны изначально выражать симпатию его имманентной сущности. Неизвестно ведь покамест, как он проявит себя. Правда, при дальнейшем и более пристальном постижении таковой сущности может у него и не оказаться, сущность допреж может истончиться и выродиться в чистую кажимость. Феномен может оказаться штучкой нарасхват, таким пространственным хамелеоном вперёд и назад, направо и налево, вверх и вниз. Имманентному уважению в таком феномене не за что зацепиться, оно такому и ни к чему, довольно лишь нашего отношения, в той мере и в таких формах, которые мы сочтём нужными. Здесь определяющую роль играют наши чисто деловая ориентация и служебная потребность, принимать во внимание сам феномен-пустышку, сам феномен-хамеолеон нет нужды, он не сущностен.

Но, допустим, изначальные имманентные симпатии оказались в тонкой адеквации с сущностью феномена, каковая сущность у него, стало быть, имеется. Тогда следует эти симпатии развивать до имманентного постижения, то есть в соответствии с его, феномена, собственными принципами. Последующая оценка того, что мы таким образом напостигали и будет имманентной оценкой, то бишь оценкой того, насколько феномен выполняет заявленную им для самого себя программу, насколько соответствует своим принципам.
Добавлено (11.07.2011, 19:26)
ПОСТИЖЕНИЕ И ОЦЕНКА. О МАРКСЕ СОЧНОМ И НЕ ТОЛЬКО… Ч. 2.

Например, тезис Ильича «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно» утверждает импликацию силы из истины. Сильный тезис, я бы такой поостерёгся высказывать. Но это совершенно в стиле автора-волюнтариста и социально-атмосферных явлений той волюнтаристской эпохи. Тезис заслуживает пристального исследования. И для имманентных его постижения и оценки следует сказать, что если учение Маркса и имело когда-то какую-то силу, то к настоящему моменту оно её почти целиком потеряло, так что, выражаясь по-гоблински, «силы у него слабые». Учение Маркса сейчас не только не всесильно (ни над умами, ни над государствами оно теперь не властвует), оно, будьте уверены, почти бездыханно, можете не ходить с карманным зеркальцем в мавзолей или на Хайгетское кладбище. Стало быть, в полном согласии с Лениным, сейчас учение Маркса полностью потеряло связь с истиной, на сегодняшний день оно совершенно неверно.

Отсюда следует, что «вечно живое учение Маркса» – феномен, в полном соответствии с рассматриваемым тезисом, не вечный, а исторически преходящий то ли по принципиально заскорузлой статичности этого учения (эпоха сменилась, а учение и не думает меняться), то ли по недостатку динамической креативности (эпоха сменилась, а учение и радо бы смениться в соответствии с эпохой, но преобразовательных сил ему не достаёт). Если поддерживать имманентный ход мысли Ильича, следует сказать: «Учение бессильно? В немочи? Значит, оно – неверно! Так что, пущай сдохнет. В могилу, в могилу его!» Это – имманентное постижение тезиса и, попутно, его оценка как сущностного хамелеона, вольно или невольно призывающего «вовремя менять устаревшего, заскорузлого и ссохшегося Маркса на Маркса нового, свежего и сочного».
Добавлено (11.07.2011, 19:29)
ПОСТИЖЕНИЕ И ОЦЕНКА. О МАРКСЕ СОЧНОМ И НЕ ТОЛЬКО… Ч. 3.

Но даже беглый исторический взгляд показывает, что марксисты, при той громадной силе, которую в своё время они забрали в мире, были как-то чудовищно, и неадекватно этой силе, безголовы. Из «головастиков» назвать можно лишь несколько имён. Политики и философы К. Маркс, Ф. Энгельс, Г. В. Плеханов. Из не имевших никакого политического влияния – философ Мих. Лифшиц. Прочие – лишь лягушки и жабы марксизма. При такой чудовищной диспропорции топливной и головной частей ракета марксизма летала быстро, черте знает где и в достаточной мере без толку. Поэтому, принимая стилистику Ленина в описании материальной части летательного аппарата марксизма (понятия силы и истины), я должен заметить, что учение Маркса оказалось неверным, потому что оно было ненужно и излишне всесильным. Это – уже не ленинская, а моя собственная оценка; оценка, данная извне; можно сказать, и трансцендентная. Но, разумеется, без предваряющего её имманентного постижения данная оценка не могла бы состояться.

Заметьте, до сих пор я говорил только о тезисе Ленина, и хотя содержанием тезиса является учение Маркса, об учении Маркса как таковом (а не об оценке этого учения Лениным), я не сказал ни слова и мою собственную оценку этого учения совсем никак не выразил.

Вот и оказывайте, квириты, должное уважение сущности того, с кем или чем вы общаетесь. От каких феноменов-пустышек вы отплёвываетесь, форуму не обязательно знать, форум – не регистратор в павловской лаборатории. Но если уж вы всерьёз взялись за что-то, даже чуждое вам, для вас неприемлемое, имейте силы и терпение на имманентное постижение, предваряющее ваши полнозвучные фырканье неудовольствия или причмокивание счастливо-радостное. И, разумеется, отделяйте овец от козлищ: артикулируйте речь, говорите членораздельно.
Добавлено (21.07.2011, 14:51)
К ПОСТИЖЕНИЮ ПОВСЕДНЕВНОСТИ.

Чуть раньше и выше я писал, что постижение обыденных вещей – самое трудное в работе понимания. Трудности тут и онтологические, поскольку с помощью простых сущностей мы понимаем сложные, мысля эти последние как сочетание, а, может, ту или иную меру интенсивности этих простых. А обыденные вещи, разумеется, должны быть просты. Так что приходится сводить их к ещё большей простоте, сущей элементарности…

Но трудность этого постижения может сочетаться с такой непосредственностью жизни, что подчас диву даёшься: откуда здесь такое?!

Ну, например, познакомьтесь с таким фрагментом беседы двух тёток на скамейке у подъезда. Одна из них делится впечатлениями от посещения соседки по лестничной клетке: ««Я бы тебе, Петька, башку бы оторвала!» Ну что, пришла, а он её хлёшшит!.. Привёл, тоже, одну…»

Заметьте, как не иссякает у людей интерес к устройству человека (узнать, что у Петьки в «башке», важно!), какая активная жизненная позиция занята всеми участниками действа, в каких, видимо, стеснённых, жилищных условиях проживает Петька, как он сполна готов пользоваться всеми наплывающими на него «радостями» жизни («Привёл, тоже, одну…») и бороться за эти радости («хлёшшит», вероятнее всего, свою родительницу, которая, видимо, выражала своё неудовольствие по поводу «одной», приведённой Петькой).

Подобное «жизнепользование» хорошо описал один поэт:

Не стараются старатели.
Костенеют истуканы.
Обмывают обыватели
День гранёного стакана.
Выполняют люди минимум,
Не чураются греха.
И за крестик алюминиевый
Не положат потроха.
Ха-ха! За крестик алюминиевый
Не положат потроха!

Любите поэзию. И жизнь.
Добавлено (23.07.2011, 18:03)
К ПОСТИЖЕНИЮ ПОВСЕДНЕВНОСТИ—2.

— Чё тебя долго не видать было?

— Да меня мать в наркологию сдала, а оттуда в «кожанку» запёрли. Ну, чё, анализы сделали — всё, не отвертишься…

Какие насыщенные биографии у людей: наркология, «кожанка»!.. Будет что вспомнить по дороге на кладбище.

А тут второй день аккаунт активировать на форуме не можешь… После переустановки системы джаваскрипт на нажатие кнопки «Вход» окно активации никак не загружал.
Добавлено (23.07.2011, 18:08)
НЕ ЖАЛУЙТЕСЬ СЛЁЗНО И ПРЕСОПЛИВЕЙШЕ. Ч. 1.

На телеканале «Мир» недавно обсуждалась катастрофа с судном «Булгария». Обсуждались не технические детали, а гибель людей. Или я застал только эту часть обсуждения. Две стороны, атеистическая и христианско-религиозная, активно спорили друг с другом. Привлечённый эксперт, православный протоиерей, участвовавший в обсуждении в режиме видеоконференции прямо из своего Кишинёва, где он подвизается в служении Господу своему, произнёс простые, но весьма значимые слова.

Изложу в своей интерпретации. Именно, всеведение и вездесущие Бога не позволяют миру, устрояемому Богом, содержать в себе элемент случайности. Случайность — человеческая, слишком человеческая категория, вырастающая на почве, обильно удобренной человеческим невежеством. Невозможно мыслить всеведущее, вездесущее и всесильное существо, «недоглядевшее» за каким-то там судном, автомобилем, природным катаклизмом. «Догляд» есть за всем. Да и любой ваш вздох, пожелание, действие «ведомы Господу».

Продолжу уже лично от себя. Богу ведомо всё и всё Им изменимо, но в иных случаях, как говорится на православном жаргоне, «Господь попускает» тем или иным событиям свершиться для формирования отрицательных примеров. Чтобы было человечеству чего опасаться свершать. Чтобы указать какой-то предел. Чтобы был какой-то удерж. Иначе человечество может пойти вразнос, как электрическая машина, не совладавшая с поданной на неё нагрузкой.

Религиозная сторона также говорила, что и гибель людей не случайна, что гибель — наказание за грехи.

То есть, поясню уже я, части путешествовавших на «Булгарии» чем доплыть до берега, лучше было скормить себя рыбам, другая же часть пусть себе доплывает в виде живом или утопленном. Так и сформировались три группы участников: погибшие, спасшиеся, пропавшие без вести.

Атеистическая сторона, вроде бы резонно, возражала: если имеются какие-то грехи у взрослых путешественников (хотя и здесь ещё следует посмотреть, насколько наказание гибелью соразмерно тяжести вины, тяжести греха), то какие грехи у малых детей, которые ведь тоже погибли? Христианская братия утверждала, что грехи родителей неизбежно наследуются детьми. Атеисты выпучивали глаза: что за круговая порука? Ведь сын за отца не отвечает! И даже если ребёнок что-то там наследовал, нагрешить-то он ещё не успел, не успел вступить в права наследования, воспользоваться наследством… Выходит, со стороны Бога это – превентивный удар: «Дитя! Не вздумай грешить! А покамест вот тебе порция воды в лёгкие, чтоб впредь и не грешило, и не вздумало»…
Добавлено (23.07.2011, 18:13)
НЕ ЖАЛУЙТЕСЬ СЛЁЗНО И ПРЕСОПЛИВЕЙШЕ. Ч. 2.

Что следует по поводу всего этого сказать? Как бы ни возмущало человеческие чувства подобное устроение мира и протекающих в нём процессов, как бы ни склоняло в сторону атеизма такое, намеренно мной избранное, эмоционально-человеческое изложение событий и аргументации в их осмыслении, всё на самом деле так и есть: и грехи наследуются, и превентивные удары наносятся… Я бы только, «для порядка», изложил всё это схоластичнее и теологичнее, что было бы более релевантно Богу. А то в таком виде это похоже на сетования философа Ошо, заметившего однажды: «Я не согласен с Иисусом Христом по многим пунктам». Во-во… И что бы тебе не сформулировать эти пункты и не послать их сыну плотника? Авось он соберётся тебе ответить? Приватно или же, паче чаяния, публично…

Но вот и моё изложение. Хотя проще сказать – цитации, компиляции и простое следование за Проклом.

«§ 7. Всё способное производить превосходит природу производимого.

В самом деле, оно или превосходит [её], или хуже [её], или равно ей. Пусть оно сначала будет равным ей. Итак, производимое им или имеет способность производить нечто другое, или совершенно бесплодно. Но если оно бесплодно, то уже по одному этому оно уступает производящему и, будучи бессильным, не равно ему, так как последнее способно порождать и творить. Если же и само оно способно производить, то или оно производит равное себе и это так во всех случаях, то всё сущее будет равным одно другому и ничто не будет превосходить другого; или же [оно производит] неравное себе, и тогда оно уже не было бы равным тому, что произвело его. В самом деле, равным потенциям свойственно творить равное. Но [творимое] ими не равно одно другому, если только производящее равно тому, что до него, а то, что после него, ему неравно. Следовательно, необходимо, чтобы производимое не было равно производящему.

Но производящее никогда не будет и слабее [производимого]. Ведь если оно даёт производимому существование, то оно же доставляет ему и потенцию для существования. Если же оно способно производить всякую следующую за ней потенцию, то и самого себя оно способно сделать таким, как и оно. А если это так, что производящее и самого себя сделает более сильным. Ведь ни отсутствие силы не препятствует [этому] при наличии творческой потенции, ни отсутствие воли, поскольку все по природе своей стремится к благу, так что, если оно может создать иное, более совершенное [чем оно само], то оно себя сделает совершенным раньше последующего. Таким образом, производимое ни равно производящему, ни превосходит его; следовательно, во всех отношениях производящее превосходит природу производимого.» (Прокл. Первоосновы теологии.)

Стало быть, во всех отношениях родители превосходят природу детей, а грехи и недостатки родителей усугубляются и пополняются новыми в детях. И можете не жаловаться на своего папашку, какой он тупой или вредный, тем самым вы только подтвердите истины, стародавне доказанные Проклом.
Добавлено (23.07.2011, 18:17)
НЕ ЖАЛУЙТЕСЬ СЛЁЗНО И ПРЕСОПЛИВЕЙШЕ. Ч. 3.

«§ 124. Всякий бог познаёт раздельное нераздельно, временное вневременно, не необходимое необходимо, изменчивое неизменно, и вообще всё познаёт в более высоком смысле, чем это соответствует разряду каждой вещи.

В самом деле, если всё, что находится у богов, существует сообразно их отличительному свойству, то вполне ясно, что наличное у богов познание его будет не сообразно природе низшего, а соответственно исключительному превосходству богов над ним. Следовательно, познание [богами] множественного и претерпевающего едино по виду и лишено претерпевания. Поэтому хотя познаваемое и раздельно, тем не менее божественное познание раздельного нераздельно, и хотя относится к изменчивому, тем не менее оно неизменно, и хотя оно относится к случайному, тем не менее оно необходимо, и хотя оно относится к неопределённому, тем не менее оно определённо. Ибо божественное воспринимает познание не от низшего, иначе познание было бы не таковым, каково познаваемое по своей природе. Напротив того, низшее бывает неопределённым относительно определённого у богов, изменяющимся — относительно неизменного и лишённое претерпевания воспринимается им претерпевающе, а вневременное — временно, поскольку низшее может отступать от превосходящего, богам же воспринимать что-либо от низшего не позволено.» (Прокл. Первоосновы теологии.)

Вневременное познание временного приводит к тому, что вся жизнь этого маленького или большого человека, дитяти или взрослого, жизнь прошедшая, настоящая и будущая постигается едино, цельно, нераздельно. Потому и воздаяние за неё, вроде бы ещё не прожитую, возможно в цельном акте завершения существования.

Человек религиозный воспринимает это как «божественный произвол», «неисповедимость путей Господних»… Untermensch атеистический, поскольку «лишённое претерпевания воспринимается им претерпевающе, а вневременное — временно» — как злую случайность, несправедливость и подлость жизни. То есть, по миросозерцанию — и мироотношение.

А я говорю: любите жизнь, любите ум, с радостью поклоняйтесь богам. Поелику достанет сил, не страшитесь смерти. И не жалуйтесь. Особливо слёзно и пресопливейше не жалуйтесь, егда застанет вас непогодь в душе или снаружи.
Добавлено (24.07.2011, 18:18)
О ТЕХНИЧЕСКОЙ ВОДЕ И ПРОМЫТЫХ ЕЮ МОЗГАХ.

Как интересно, подчас, послушать обывателя, поразмышлять над его речами, ибо они таят в себе, порой, такие глубины смысла, осознать каковые самому обывателю нет никакой возможности. Твой же бескорыстный зоологический интерес вполне может быть удовлетворён и тот или иной смысл зафиксирован и сформулирован. Настолько же противна ситуация, когда обыватель начинает проявлять первые признаки рефлексии, делать начальные, беспомощные и вульгарные в своей беспомощности, обобщения. Особенно грешат такими обобщениями, часто переходящими в разряд ходячих народных мудростей, представители так называемой «технической интеллигенции». Техническая интеллигенция – это род технической воды среди людей. Разговаривая, её представитель вроде бы и общается с тобой. Но это лишь по видимости. Сердцем и умом он с мотоциклетом или какой-нибудь сенокосилкой. Кроме чувства омерзения навязчивые обобщения подобной публики не вызывают ничего. Ну и ещё такие суждения, как «мелкие тираны» Кастанеды закаляют характер того, кому их невольно приходится выслушивать.

Вот простейший пример. Говорят, что «талантливый человек – талантлив во всём». Почему в это «всё» не входят нерешённые проблемы математики или грамотная постановка эксперимента по открытию бозона Хикса, такую публику волновать не может. Они и представить себе не могут, что кроме сборищ, провонявших попсиной, в мире существует много всего… Новый способ выпендрёжа и мыслится такой публикой как «талантливость во всём»…

Или вот ещё, толкуют: «Мысль материальна, мысль материальна…» Это от забывчивости «законов суперсимметрии». Ирония ситуации в том, что сколь материальна мысль, столь и жопа духовна. И даже более: именно ею непрестанно и порождаются подобные «материальные» мысли. Материю, из которой они изготовлены, идентифицирует всякий, не страдающий насморком. Но, конечно, лучше держаться от этой аналитики подальше.

Жопомыслие как диалектический синтез и стиль жизни иных из представителей рода человеческого? Бывает. Кто бы им подсказал, что думают они не тем местом? Проктолог? Ну, это – когда дело дойдёт уже до геморроя «мыслительного аппарата». А до того? Так и будут страдать мыслительным метеоризмом, так и будут прилюдно испускать, по немочи и невоспитанности организма, подобные «ссу-ждения»? Пожалуй.

Любите и ум и грамотную его работу. А значит – бойтесь искренних банальностей и пошловатых тривиальностей, выраженных от первого лица.
Добавлено (29.07.2011, 13:54)
ПЕСЕННАЯ ПОЭЗИЯ И НЕ ТОЛЬКО.

Когда Любимов Таганский назвал актёров вообще, и таганских в особенности, предателями, сволочами, подлецами по профессии, то суждение его не свидетельствовало о том, что этот организатор «позорищ» выжил из ума. Напротив, 93-летнему режиссёру ума ещё хватает, а злобы имеется так даже с избытком. Она и застит глаза рефлексии, необходимой всякому мыслящему человеку. Так что это неотрефлектированное суждение касается не столько своего предмета, сколько автора. Да, это самохарактеристика человека, всю жизнь отдавшего на профессиональную работу с профессиональными предателями, ставшего успешным практикующим специалистом по руководству профессиональными сволочами и подлецами…

Меня всегда интересовало, зачем люди выбирают такие профессии? В тюрьме или исправительно-трудовой колонии сволочь и подлец растёт, предположительно, кучнее, гуще, концентрированнее, хотя у меня и в мыслях нет назвать всех уголовников подлецами и сволочами. Меня интересует мотивация в выборе профессии у тех людей, которые становятся охранниками в тюрьмах и колониях. Им что, нравится работать с подлым контингентом?

На Таганке возрос также и Высоцкий. Актёр он был, если судить по фильмам, плохонький, «показывать» мог только себя и, как следствие, наиболее органичны у него те роли, в которых он не слишком отступает от своего организма, то есть, фактически, лишь Глеб Жеглов. Но, не смотря на такие слабые актёрские способности, в сравнении с каковыми актёрская работа Смоктуновского или Ульянова – просто божественна, Высоцкий, судя «по поведению», сволочью, подлецом или предателем был меньше всего. Может, потому что так и не стал достойным Таганки профессионалом? Спектакли, правда, говорят, срывал «по-пьяни». Может, это и было началом овладения профессионализмом в любимовском смысле?

Очень немногие песни Высоцкого заслуживают внимания, ещё меньше – симпатии. Поэтом он тоже был плохим. Так что даже в самых пронзительных своих творениях нередко «Ваньку валял». Ну, например, «Баллада о том, кто недожил (Прерванный полет)»:

Но тогда ещё был снегопад, снегопад.
И свобода писать на снегу-у-у.
И большие снежинки и град
Он губами хватал на бегу.

Разумеется, Высоцкий не подумал, что снег и град – несовместимые природные явления. Но не это насилие над природой ради рифмы меня здесь печалит. Мне жалко лирического героя, ловля которым губами снежинок если и выглядит романтичной, то проделывать подобную операцию с градом – не стоит никаких романтических наград. Пусть бы он лучше не злил своего стоматолога, поберёг личность. С зубами, побитыми градом, влюблённый писатель стихов бегом на снегу не будет нужен своей возлюбленной. Она не поймёт этой суетливости шамкающего ртом поэта.

Любите поэзию.
Добавлено (12.08.2011, 17:41)
ЖЕНЩИНЫ ОППОРТУНИСТИЧНЫ?

Говорят, женщины потому живут дольше мужчин, что они природно и житейски оппортунистичны. Природа предназначила женщину к ответственной роли продолжения рода, заботе о поддержании жизни, женщина поэтому стремится выжить любой ценой, порой ни в грош не ценя чепуху «каких-то там идей», во многом уступая обстоятельствам жизни, со многим легко соглашаясь, считая всё это сущей ерундой сравнительно с ценностью жизни… Мужчина же житейски и природно — конструктор целей рода и существо к этим целям устремлённое. Отсутствие цели или крах средств её достижения нередко ведёт мужчину к потере экзистенциальных стимулов и последующей гибели. Стоит ли говорить, что реальные индивиды никогда не совпадают с этими чистыми типами женщины и мужчины, а лишь более или менее приближаются к ним, совмещая в себе в разных пропорциях принцип женский с принципом мужским? И стоит ли напоминать, что роду необходимы как осмысление его в целом, постановка перед ним целей и мобилизация ресурсов его на их достижение, так и забота о повседневном его существовании и физическом его воспроизводстве?

Кажется, в данной типологии содержится какое-то зерно истины: в мировой истории мысли почти нет заметных фигур женщин, мировая история науки, особенно таких головоломных её разделов, как физика и математика, также женскими фигурами не пестрит. Энгельс связывает это со «всемирно-историческим поражением женщины». Но только ли в этом дело? Не лежит ли причина именно глубже, в половой дифференциации?
Добавлено (15.08.2011, 16:08)
РЕДЧАЙШИЙ СЛУЧАЙ.

Я как-то уже писал, что «головастиков» среди марксистов было не много. Одним из них был Мих. Лифшиц, которому ведомы были значения слов, употребляемых не только им, но даже другими, то есть он умел и говорить, и писать, и читать, и слушать, а такая грамотность среди людей вообще, и среди марксистов в особенности, встречается крайне редко. Повторяю, Лифшиц умел писать, как никто другой, но и у него встречались не лучшие сочетания слов. Например, вот это, из «Диалога с Эвальдом Ильенковым»:

«Само учение марксизма при всей его глубокой верности, вытекающей из его исторического пьедестала, особой роли той реальности, которая в нём сказалась, не есть простой результат умных операций головного мозга основателей этого учения, а представляет собой исповедь мира в роковой момент высшего развития и разложения классовой цивилизации.»

Итак, пьедестал подтекал… Сочился верностью… Из чего следует, что естественные нужды мыслящих умов «основоположники» справляли, видимо, прямо на пьедестале. Ну, а то, что в роковой момент написали они эту исповедь мира, добавив свой вклад, точнее, влив в разложение классовой цивилизации, мы уже знаем. Хотя, может, вклад тоже…

Это свидетельствует, что и у самых глубоких умов случаются, порой, смешные провалы самосознания, и к ним подкрадывается иногда бледная, как спирохета, рефлексивная немочь.

Любите умный смысл. Читайте Лифшица. Не пренебрегайте умственной профилактикой. Перечитывайте им и вами написанное.
Добавлено (24.08.2011, 19:35)
СЛУЧАЙ ВСЁ ЖЕ НЕ ЕДИНИЧНЫЙ…

В одном из лучших своих творений 30-х годов, статье «Джамбаттиста Вико», Мих. Лифшиц между прочими превосходными текстами помещает, к моему сегодняшнему сожалению, и такой: «В истории массового движения нашего века мы на каждом шагу видим наглядное применение исторической теории познания, созданной Марксом и Лениным. И само понимание её измеряется не субъективным мастерством учёного, а тяжким коллективным шагом миллионов людей.»

Итак, наглядное применение теории мы видим на каждом шагу. Кто же так кстати и показательно шагает? Автор ли, походя приглядываясь к применению теории? Или участники «массового движения нашего века»? Или это шагает сам век, вовлекая в своё движение ещё и массы вкупе с автором? Неясно… Неясно, сколько бы ни говорилось о наглядности… Наглядности применения теории соответствует и её понимание. Оказывается, понимание теории можно подвергнуть измерению. Что же, количественные понятия имеют право на существование и в области герменевтической методологии. Но что же конкретно имеет в виду автор? Более ясное, менее глубокое, довольно изящное понимание? Что? Оказывается, тут не нужно напряжения учёных мозгов, чтобы зафиксировать количественные оттенки понятого, измерение понимания осуществляется «тяжким коллективным шагом миллионов людей». Право, какой нерациональный измерительный инструмент выбрал Лифшиц! А рулеткой не пробовал? В крайнем случае, аршином агронома или землемера? Точнее выйдет, и миллионы людей на тяжкие измерительные работы понимания теории гонять не придётся. Или на измерительных принудработах, в полевых условиях (где-то возле пробирной палатки?) и они понимание обретут? А вообще зачем его измерять шагом? Не лучше ли взвесить, обработать рашпилем, покрасить, упаковать, выбросить на помойку истории? Нет?

Совершенно очевидно, что философ пребывает в лоне мифа, инициированного массовыми шествиями, демонстрациями, маршами. И шагистикой, как методологией и определяющей дисциплиной этого мифа. Из этого мифа философ и черпает своеобразную пояснительную словесность, объясняющую то, что он, философ, хочет сказать. И это только извне, скажем, в тихом, неподвижном и сосредоточенном созерцании, могут возникнуть, конечно не массовые, а глубоко индивидуальные, недоумения по поводу написанного «философом на марше». Для самого мыслителя, пребывающего в лоне моторного мифа, напротив, всё ясно, всё объяснено и радостно понятно. Что же, переход от брахиаторной локомоции к ортоградной дисциплинирует мозги самих движущихся, демонстрируя порой сокрушительное действие этой дисциплины на эти мозги.

Читайте Лифшица.
Добавлено (30.08.2011, 14:48)
К ПОСТИЖЕНИЮ ПОВСЕДНЕВНОСТИ-3.

В очереди в магазине подслушал.

- На пустой желудок читал. Ничего не помню!..

Бедный беспамятный! Казалось бы, торжество материализма? Ответственно могу заявить, что работа ума, конечно, зависит от того, чем и как питаешься. И скажем, посты и голодовки резко меняют скорость сообразительности (про качество такого не скажу), резко понижают пороги восприятия и пороги фрустрации. Скажем, начинаешь воспринимать такие запахи, о существовании которых и не подозревал, чаще кружится голова, чаще подташнивает. И всё это очень существенно влияет на текущее мировосприятие. А импликация из этого двоякая: одни срываются в безудержный жор, как щука по весне, другие получают важный психо-соматический опыт и выходят с чуточку иным мировоззрением, более закалённым характером.

Впрочем, так бывает в почти любой ситуации, просто в ситуации поста всё это выражено почти предельно резко.

Вспоминаю, как в одном монастыре мне пришлось наблюдать такую сцену: братия по окончании не помню какого уж поста собралась в трапезной и один из братии всё роптал на скудость стола: "Разве это разговление!" Я не скажу по-державински, что "Где стол был яств, там гроб стоит!" Поесть было что, гробов повапленных и не очень братия не грызла, хотя и не Лукуллов пир ожидал монашествующих. Заметьте, другие спокойно выходили из поста, без ропота...
Администратор запретил публиковать записи гостям.

30 Дек 2012 17:31 #9

  • Sandro66
  • Sandro66 аватар
  • Не в сети
  • Новый участник
  • Сообщений: 18
  • Репутация: 1
Не смогу подхватить весь разговор с его последней строки. Но всего то добавлю несколько строк первым предложениям первого поста, - как возможен платонизм сегодня? в чём он, где он?

Далее у вас посыпались какие-то неестественные вещи, искусственные, из современной культуры вы стали выколупывать какие-то признаки, значения, соответствующие классическому учению Платона об идеях (что это - и есть ли оно - отдельная тема). Платоновский идеализм не требует иллюстраций на примерах современной культуры - идеализм собственно всегда был, есть и пребудет, пока пребудет - Эстетика.

А.Лосев - эстетик, неоплатоник и идеалист - писал историю Эстетики, вышедшую 8 томах в 1980--90-е, но ранее того, в 1920-е он писал "Историю эстетических форм". Он доказывает непрестанно, что собственно античный эйдос - и учение о нём в платонизме и неоплатонизме, есть собственно зерно понимания, искусства, диалектики, логики, вещи, материальной вещи, - именно поэтому история философии оказывается равновесна в культурно-эстетическом масштабе - истории мировой эстетики. Потому что образ и эйдос здесь центральны. Центральны они были всегда во все времена - существования искусства. Покуда жив платонизм - искусство создаётся и передаётся, неважно новейшее или старейшее, неважно что, важно в том числе и как - а это область эстетики и эйдосов.
Посему, приводить примеры из разного рода социалогич.практики, политич. и проч. проч., странно, когда перед вами и перед нами - разливается море Эстетики, море учения о красоте, само Искусство, которое хранимо идеализмом и будет им храниться вечно.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Рекомендуем прочитать