ТРОПЫ

ТРОПЫ (от греч. τροπή, лат. trapus – поворот, оборот речи). 1. В поэтике это двуосмысленное употребление слов (иносказательное и буквальное), которые связаны друг с другом по принципу смежности (метонимия, синекдоха), сходства (метафора), противоположности (ирония, оксюморон). Обучение тропам входило составной частью в грамматику, в компетенцию которой, помимо тропов, входили знание слов, букв и слогов, умение владеть правильной речью, определения, стопы, ударения, пунктуация, орфография, аналогии, этимологии, различения, варваризмы, басни, стихи, история.

2. Гносеологические аргументы в критике скептиками (см. Скептицизм) идеи достоверности истины. Начиная с Пиррона, тропы трактовались как различные состояния вещи, чем подчеркивалась их нестабильность, изменчивость. Наличие тропов подчеркивало невозможность обнаружить критерий истинности в чувственном и интеллектуальном познании, несостоятельность этики, произвольность в выборе аксиом. Вскрывая несостоятельность онтологического понимания истины как вечной, неизменной и непротиворечивой, тропы рассматривались как гносеологические аргументы против догматизма, обосновывающие необходимость практического выбора и побуждающие или к воздержанию от окончательных суждений или к признанию (как то было у Энисидема) равновероятных противоположных суждений.

3. В средневековом понимании любое суждение, сколь бы точным оно ни было, перед лицом Бога рассматривалось как троп, иносказание: изменчивость тварного мира являлась онтологическим аргументом, по принципу Августина «Я ошибаюсь (изменяюсь), следовательно, существую». «Слова, обозначающие сотворенные сущности любого подверженного изменению естественного и неестественного предмета, не могут сказываться о Природе созидающей (т.е. о Боге) в собственном смысле, но только в переносном», – писал в трактате «О природах» Иоанн Скотт Эриугена. Согласно Петру Абеляру, человеческий язык приспособлен к сказыванию о вещах этого мира, но «сами слова необходимо превосходят их собственное значение» и, «будучи посредниками Св. Духа», в переносном смысле свидетельствуют о Боге. В прологах и комментариях к Библии система тропов (тропология, или лепория) определяется как венец мироздания, место соприкосновения горнего и дольнего миров. Именно в этом месте человеческое слово соотносится с Божественным, определяя и степень своей любви к Богу, и степень творческой свободы, что лежало в основании познания. Поэтому тропология обозначается через этическую категорию блага.

Один из прологов к «Схоластической истории» Петра Коместора (12 в.), который представляет собой библейский комментарий, звучит так «В доме Его императорского величества надлежит иметь три палаты: аудиторию, или консисторию, в которой Он определяет права; трапезную, в которой распределяет Он пищу; спальню, где Он отдыхает. Т.о., Владыка наш, управляющий ветром и морем, владеет миром через аудиторию, где все упорядочивается по воле Его... Отсюда: Господни и земля и полнота ее. Душу праведного Он обнимает в спальне, т.к. радость Ему пребывать там и отдыхать с сынами человеков. И потому называется Он женихом, душа же праведника – невестою. В трапезной, где Он напояет своих, оставляя трезвыми, Он хранит Священное Писание. Отсюда: в дом Господа мы ходили согласно, т.е. будучи умудренными в Священном Писании. Потому Он называется pater familias. Три части в трапезной Его: фундамент, стены и крыша. История – это фундамент, коей три вида: анналы, календарная история и эфемерная. Стена, вздымающаяся ввысь, – это аллегория, которая выражает одну мысль посредством другой. Венец же крыши дома есть тропология, которая благодаря содеянному сообщает нам то, что нужно делать» (Цит. по кн.: Неретина С.С. Верующий разум. Книга бытия и Салический закон. Архангельск, 1995, с. 283).

Тропический характер мышления очевиден при сопоставлении значений слов, в результате чего обнаруживается, что один и тот же текст может быть прочитан в разных ключах и в зависимости от позиции читателя понят в буквальном или переносном смысле. Под «домом» можно подразумевать и храм, и дворец; под «императором» – и Небесного, и земного повелителя; «аудитория» знаменует как любые власти и силы, так и место Страшного суда; «спальня», где душа праведного пребывает в веселии с Сыном Человеческим, – свидетельство не только земного успокоения, но и созерцания, духовной близости с Богом; «трапезная» – знак единства христианского мира и знак тайной вечери. Выражение «распределять пищу» (cibaria distribuere), помимо прямого значения, имеет и переносное – «даровать милости», значение глагола «inebrire» – не только «поить», но и «проникать», «подавать надежду». Каждое слово заключает в себе не только мирские и сакральные смыслы, но и «поворачивается» относительно внешне выраженного знака, предполагая внутренние смыслы. Текст оказывается открытым для разных интерпретаций, истина устанавливается через эту разность: в казусе слова сказанное представляет то, смысл чего значительно больше, троп – это постоянная готовность вещи выразить иной смысл («дом» при определенном взгляде преображается в «храм» или в «трапезную»).

С тропом тесно связана идея переносов (translatio) и перестановки (transumptio), предполагающая субституцию, позволяющую проанализировать возможные отклонения от устоявшихся речевых выражений, в частности изменение позиции, благодаря которому осуществляется перевод этих выражений из одного знания (напр., из теологического) в другое (напр., в естественное): то, что в естественном знании может быть следствием, в теологическом обернется причиной (своеобразную перестановку представляла собой, напр., знаменитая «бритва Оккама»).

Система тропов, т.о., представляет содержательную сторону мышления в ее тождестве с формально-образными структурами. Средневековье обнаружило также возможности «сворачивания» смыслов сказанного в фигурах речи, каковыми являются гендиадис, силлепс, эллипс, анафора, эпифора, антитеза и умолчание. Комментаторы и грамматики наставляли образцам сотворения речи, вменяли в обязанность пользующемуся речью быть ее творцом, вскрывая двойственную основу творчества: быть проводником Божьего слова (в силу акта творения) и обладать способностью рождать собственное произведение (в силу дара творения). Фигуры речи, способствующие усилению выразительности, обнаруживают способность Средневековья представить себя в «образах неподвижности» (О.А.Добиаш-Рождественская), тропы – в образах движения, демонстрируя именно средневековую онтологию речи.

4. В современной философии вновь обращается внимание на эвристическую роль тропов, прежде всего – метафор: в естественном языке (Л. Витгенштейн, Дж.Э.Мур, Н.Д.Арутюнова), в научном знании (М. Блэк, Г.Блюменберг), в истории (X.Уайт, П.Рикёр), в поэтической речи (Г.О.Винокур). Построены различные теории метафор (когнитивная, символическая и др.), однако все многообразие тропов остается вне поля зрения большинства философов и логиков.

Источники:

1. Словопрение высокороднейшего юноши Пипина с Альбином Схоластиком. – В кн.: Памятники средневековой латинской литературы IV– IХ веков. М., 1970;

2. Абеляр Петр. Теология Высшего Блага. – Он же. Тео-логические трактаты. М., 1995;

3. Гильберт Порретанский. Комментарий к трактату Боэция «Против Евтихия и Нестория». – ВФ, 1998, № 4.


Литература:

1. Потебня А.А. Из записок по теории словесности. Харьков, 1905;

2. Горнфельд А.[Г]. Троп. – «Вопросы теории и психологии творчества», т. 2. Харьков, 1911;

3. Шпет Г.Г. Эстетические фрагменты, вып. 1–3, Пг., 1922–23;

4. Он же. Внутренняя форма слова. М., 1927;

5. Добиаш-Рождественская О.А. Западные паломничества в средние века. М., 1924;

6. Тынянов Ю.Н. Проблема стихотворного языка. М., 1965;

7. Аверинцев С.С. Поэтика ранневизантийской литературы. М., 1977;

8. Кожевникова Н.А. Об обратимости тропов. – Лингвистика и поэтика. М., 1979;

9. Гадамер Х.-Г. Истина и метод. Основы философской герменевтики. М., 1988;

10. Теория метафоры. М., 1990;

11. Успенский Б.А. Избр. труды, т. I, Семиотика истории. Семиотика культуры. М., 1994;

12. Неретина С.С. Слово и текст в средневековой культуре. История: миф, время, загадка. М., 1994;

13. Она же. Верующий разум. К истории средневековой философии. Архангельск, 1995;

14. Она же. Слово и текст в средневековой культуре. Концептуализм Петра Абеляра. М., 1996;

15. Она же. Тропы и концепты. М., 1999.

 С.С.Неретина

Рекомендуем прочитать