КАНДИД

«КАНДИД» (Candide ou l’optimisme, 1759, рус. пер. 1769, 1870,1909,1938) – философская повесть Вольтера, представляющая собой сатиру на «Теодицею» Лейбница и его теорию оптимизма. Согласно Лейбницу, Бог по причине своего всемогущества обладал бесконечными возможностями при сотворении мира, и если был создан наш мир, то он и есть наилучший из миров; этого убеждения не может поколебать наличие в мире зла: согласно Лейбницу, зло не имеет самодовлеющего характера, это лишь некоторое лишение добра, в конечном счете оно ведет к добру, и даже наибольшее зло – к наибольшему добру. Человек не может согласиться с этим потому, что своим ограниченным взором он не в состоянии объять необозримую цепь событий, а ограниченным умом – проникнуть в суть вещей. Вольтер в «Поэме о гибели Лиссабона» (пер. А.С.Кочеткова, см. Вольтер. Философ. соч. М., 1988, с. 722) полагает, что даже философу это не под силу:



Мне Лейбниц не раскрыл, какой стезей незримой

В сей лучший из миров, в порядок нерушимый

Врывается разлад, извечный хаос бед,

Ведя живую скорбь пустой мечте вослед.



Зачем невинному, сродненному с виновным

Склоняться перед злом, всеобщим и верховным?

Постигнуть не могу в том блага своего.

Я, как мудрец, увы! Не знаю ничего.



Хитросплетения сюжета в «Кандиде» разворачиваются так, что заставляют усомниться в правоте Лейбница: несчастья обрушивались на героев – Кандида, его возлюбленную Кунигунду, философа Панглосса, некую старуху и других персонажей – со всех сторон, но были не наказаниями за их прегрешения, а, скорее карой, ниспосланной неизвестно за что. Кандид хотел испытать любовь, но из-за нескольких поцелуев был изгнан из замка и забрит в рекруты; став дезертиром, он попал в Лиссабон и пережил землетрясение, объехал оба полушария, посетил Эльдорадо, встретился со своей возлюбленной (которую изнасиловали, продали в рабство и т.д.) и, наконец, успокоился, обретя тихую гавань на небольшом клочке земли, возделывая его. Все эти события можно рассматривать как неразрывную связь причин-следствий, где все с необходимостью направлено к наибольшему благу: если бы герой не был изгнан из замка, не обошел пешком Америку, не побывал в Эльдорадо и т.д., то не было бы счастливого конца. Все приключения как будто неизбежны, ибо «отдельные несчастья создают общее благо, так что чем больше частных несчастий, тем лучше идет все вместе» (Вольтер. Избр. произв. в одном томе. М., 1938, с. 116). Но к случившемуся можно подходить и как к нелепому собранию случайностей, когда нить судьбы рвется на отдельные, не связанные между собой части и, возможно, счастливый финал вовсе не требует насилия, убийств, болезней и т.п. Вольтер полагает, что, скорее всего, в нашей жизни переплетаются оба момента, заставляя человека рассуждать и так, и этак, а жить – как хочется и как получается. По этой причине Вольтер не отдает предпочтения ни оптимизму Панглосса, убежденного в том, что все устроено к лучшему в этом лучшем из миров, ни пессимизму Мартена, уверенного, напротив, в том, что на свете очень мало добродетели и счастья и что все идет к худшему. Ответ Вольтера Лейбницу: наш мир – не самый лучший, но и не худший, он вполне пригоден для жизни, в нем можно существовать и действовать, в нем нужно жить и «возделывать свой сад» (там же, с. 203).

«Кандид» стал одним из наиболее известных широкой публике сочинений Вольтера – им зачитывались и в 18, и в 19 в.

Т.Б.Длугач

Рекомендуем прочитать