ФИЛОСОФИЯ В СССР И РОССИИ

ФИЛОСОФИЯ В СССР И ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ

1. СТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТСКОЙ ФИЛОСОФИИ. 1917 – кон. 20-х гг. Победа большевиков привела к резкому сужению поля философской работы. В послеоктябрьской России закрылись старые и новые философские общества, философские журналы. Настойчивое стремление руководства большевистской партии и советского государства «идеологически завоевать вузы», «пропитать их духом марксизма» вылилось в чистки профессорского состава, и прежде всего философов старой школы. Большая группа ведущих философов была выслана из страны; под флагом «воинствующего материализма» проведены идеологические кампании по критике философского идеализма, позитивизма, «сменовеховства», «евразийства». До конца 1920-х гг. идейно-философская жизнь в советской России сохраняла плюралистический характер, хотя господствующей тенденцией была ее монополизация группировками, выступавшими (часто безосновательно) от имени философии марксизма. Наряду со вновь созданными научными учреждениями – Социалистической (Коммунистической) академией, Институтом красной профессуры, системой «коммунистических» вузов, в которых стали функционировать подразделения, занимавшиеся марксистской философией, – в 1920-х гг. действовали учреждения, где работали по преимуществу философы старой формации (Институт научной философии при 1-м МГУ, первым директором которого был Г.Г.Шпет; философское отделение Государственной академии художественных наук и др.). Еще выходили труды философов, далеких от марксизма. В сер. 1920-х гг. в Москве было ок. 35 профессиональных философов, к 1930 их стало более 140. Немало профессиональных философов работало и на периферии (в 1927 – ок. 80). Среди книг, опубликованных до конца 1920-х гг., следует назвать труды Г.Г.Шпета по герменевтике и истории русской философии, исследования по философии искусства и эстетике (А.Г.Габричевский, Г.И.Винокур, Н.И.Жинкин и др.), труды Э.Л.Радлова по истории русской философии, работы В.Н.Ивановского по методологии, С.Л.Рубинштейна и Л.С.Выготского по философским основаниям психологии, Г.И.Челпанова по психологии, А.Ф.Лосева по истории античной философии, философии мифа, числа, имени, А.А.Мейера по истории философии. Фундаментальное значение имели работы M.M.Бахтина по философии языка и полифонизму речи, П.А.Флоренского о философии языка, философской антропологии и символизму. Яркие работы по восточной философии издали С.Ф.Ольденбург, О.О.Розенберг, Ф.И.Щербатской. Тектологая А.А.Богданова была одной из первых попыток системного подхода к организованным комплексам. Интерес к философии науки и науковедению проявили Л.С.Берг, И.А.Боричевский, Г.А.Грузинцев и др.

В 1920-х гг. активно действовала т.н. «формальная школа» в литературоведении (В.Шкловский, Б.Эйхенбаум, Р.Якобсон, Ю.Тынянов и др.), конкурировавшая с социологической школой (В.М.Фриче, В.Ф.Переверзев и др.), в естественно-научных кругах большой резонанс имели дискуссии о философском значении теории относительности и квантовой механики. Нигилистической позиции по отношению к теории А.Эйнштейна, которую занимали А.А.Максимов и А.К.Тимирязев, противостояли С.Ю.Семковский, О.Ю.Шмидт, Б.М.Гессен и др. Разных философских ориентаций придерживались в 1920–30-е гг. и биологи – от неодарвинизма до неоламаркизма, от механики развития до витализма (А.А.Любимов, Э.Бауэр, Н.И.Вавилов и др.). Характер идеологических кампаний приняли «дискуссии», организованные вокруг книги Н.И.Бухарина «Теория исторического материализма» (1921), вокруг школы «механистов», включавшей группу концептуально различающихся между собой философов (А.А.Скворцов-Степанов, Л.Аксельрод-Ортодокс, А.К.Тимирязев, Ш.Варьяш и др.). «Механистам» противостояла группа философов, получивших наименование «диалектиков» (А.Деборин, Н.Карев, Я.Стэн, И.К.Луппол и др.). Между этими группами развернулись дебаты, которые касались прежде всего понимания соотношения философии и естествознания, достаточности или ограниченности классического механистического естествознания для объяснения проблем новой физики, возможности редукции качественных уровней к механическим, количественным и статистическим законам. Эти дебаты завершились идеологической квалификацией их как политических уклонов и утверждением сталинистской программы идеологизации философии.

Вместе с тем в 1920-х гг. началось как распространение советской философии на национальные, прежде всего азиатские, окраины, так и включение ученых ряда республик в совместную философскую работу. Издание классиков философии позволило им ознакомиться с трудами европейских мыслителей и способствовало европеизации их философской мысли. В национальных республиках развертывается деятельность таких философов, как А.Н.Гиляров, В.Ф.Асмус, В.А.Юринец (Украина), С.Я.Вольфсон, Б.Э.Быховский (Белоруссия), Ш.Нуцубидзе, Д.Узнадзе, К.Бакрадзе, М.Гогиберидзе и др. (Грузия), М.Гусейнов, А.О.Маковельский, Д.Нагиев и др. (Азербайджан).

Положительным можно считать развенчание в 1920-х гг. нигилистических попыток ликвидации философии как якобы разновидности буржуазной идеологии, преодоление позитивистских стремлений растворения философии в конкретных науках и попыток возрождения натурфилософии. Общекультурное значение имело издание философской классики. В 1929 вышел в русском переводе 1-й том сочинений Гегеля. Началась публикация ранее неизвестных трудов К.Маркса и Ф.Энгельса («Диалектика природы»), фрагментов из «Философских тетрадей» В.И.Ленина.

Ряд содержательных трудов опубликовали работники философской секции Комакадемии (превратившейся в 1929 в Институт философии) и сотрудники Института научной философии: В.Ф.Асмус по истории диалектики в новой философии и философии Канта, М.А.Дынник по диалектике Гераклита, Б.С.Чернышев о софистах, А М.Деборин по истории материализма 17–18 вв., Л.И.Аксельрод по этике. Популяризаторское значение имели учебные пособия по диалектическому и историческому материализму (Н.И.Бухарина, В.В.Адоратского, Б.И.Горева и др.).

2. СОВЕТСКАЯ ФИЛОСОФИЯ В ЭПОХУ СТАЛИНИЗМА. Нач. 1930 – сер. 1950-х гг. После установления режима личной власти Сталина философская жизнь страны протекала в условиях жесткого и жестокого политико-идеологического контроля, который сопровождался репрессиями в отношении философов. Вышедшие в нач. 1930-х гг. учебники «Диалектический и исторический материализм» (под ред. М.Б.Митина, И.Разумовского), «Материалистическая диалектика» (под ред. И.Широкова и Р.Янковского), О.В.Трахтенберга «Диалектический материализм» (вып. 1–4, 1931–34), Т.Павлова «Теория отражения. Очерки по теории познания диалектического материализма» (1936) сформировали специфический образ марксистской философии, где гносеология отождествлялась с теорией отражения, отстаивался принцип партийности и подчеркивалась роль классовой борьбы в истории общества.

Написанная Сталиным глава «О диалектическом и историческом материализме» в «Кратком курсе истории ВКП(б)» (1938) стала официальным каноном философии. В 1939 Институт философии выпустил в свет сборник статей «О диалектическом и историческом материализме» (М.Б.Митин, П.Ф.Юдин, Г.Ф.Александров, Е.П.Ситковский, М.М.Розенталь и др.), где комментирование работ Сталина заглушило всякую самостоятельную мысль. Это же можно сказать и о большинстве работ последних предвоенных и первых послевоенных лет (напр., о сборниках «Исторический материализм» (1951) и «Диалектический материализм» (1953)).

В кон. 1940 – нач. 1950-х гг. обсуждение философских вопросов естествознания разворачивалось под эгидой идеологических кампаний против генетики (1948), против новых направлений в физиологии (1948), против квантовой химии (1949–51), несостоявшегося совещания против «физического идеализма» (1949) и др.

Постановление ЦК ВКП(б) от 1 мая 1944 «О недостатках в научной работе в области философии», последующие послевоенные постановления по идеологическим вопросам, следствием которых стали беспрецедентные кампании борьбы против отхода от «принципа партийности», против «абстрактно-академического духа», «объективизма», а также против «антипатриотизма», «безродного космополитизма», «умаления русской науки и русской философии», беседа Сталина с группой философов (кон. 1946) о книге Г.Ф.Александрова «История западноевропейской философии», кампания борьбы против «вейсманизма-морганизма», обсуждения «выдающихся» трудов Сталина «Марксизм и вопросы языкознания» (1951) и «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952) сформировали в стране тяжкую идеологическую атмосферу, которая сильнейшим образом сковывала философскую мысль, но не могла ее полностью убить.

Идеологизация философской жизни страны вместе с тем сопровождалась созданием новых организаций – в 1936 Институт философии вошел в состав Академии наук СССР; были созданы философские факультеты в МГУ и ЛГУ. К нач. 1950-х гг. Институт философии АН СССР превратился в научно-исследовательское учреждение, которое вело работу по широкому спектру философских проблем, в 1951 в нем работало 79 научных сотрудников. Институт готовил философские кадры через аспирантуру и докторантуру (уже в нач. 1945 здесь училось ок. 40 человек). Готовились философские кадры и в вузах: в 1951 только на философском факультете МГУ обучалось 1150 студентов и 150 аспирантов, не считая заочников. В 1950 в стране насчитывалось уже 546 кандидатов философских наук и 36 докторов наук.

Событием в философской жизни СССР стало издание специализированного журнала «Вопросы философии» под редакцией Б.М.Кедрова, 1-й номер которого вышел в августе 1947. Сразу после войны появились учебники по логике В.Ф.Асмуса (1947), М.С.Строговича (1949), К.С.Бакрадзе (1946) и др. В 1948 состоялось Всесоюзное совещание по логике. Развернулись дискуссии о соотношении диалектической и формальной логики, в рамках которых наряду с вульгарными выдвигались и рациональные идеи. В разработке проблем современной логики в пред- и послевоенный периоды наряду с математиками (А.Н.Колмогоров, А.А.Марков, С.А.Яновская и др.) приняли участие и философы (В.Ф.Асмус, П.С.Попов, А.С.Ахманов и др.).

В 30-е гг. были опубликованы интересные работы К.Р.Мегрелидзе по социальному анализу познания. Новые философские проблемы естествознания анализировали С.И.Вавилов, Б.М.Кедров, И.В.Кузнецов, М.А.Марков, М.Э.Омельяновский и др.

Драматично сложилась в послевоенные годы ситуация в историко-философской науке. Критике подвергся вышедший в 1943 3-й том всемирной «Истории философии» за якобы объективистское освещение немецкой философии, после чего издание было вообще прекращено. Работа по изданию классиков философии (трудов Гегеля, Спинозы, Кондильяка, Гольбаха, Бэкона, Руссо, Чернышевского и др.), развернувшаяся в предвоенные годы, резко сузилась.

Послевоенные идеологические кампании привели к тому, что литература запестрела вульгарно-нигилистическими оценками классиков философии – немецкая философия кон. 18 – нач. 19 в. оценивалась как «аристократическая реакция на французскую революцию», вся западная современная философия объявлялась «империалистической», «реакционной», «растленной».

Интенсивная работа продолжалась в смежных философии областях – искусствознании и литературоведении (Д.Лукач, М.М.Бахтин, В.Н.Сарабьянов, М.А.Лифшиц, Я.Э.Голосовкер, Б.А.Фохт), психологии (С.Л.Рубинштейн, А.А.Ухтомский, А.Н.Леонтьев, С.Р.Лурия и др.), истории науки (Т.И.Райнов, Д.Д.Мордухай-Болтовский, И.И.Канаев, Б.Г.Кузнецов).

В.Ф.Пустарнаков, А.Г.Мысливченко

3. ДЕСТАЛИНИЗАЦИЯ В ФИЛОСОФИИ. ФОРМИРОВАНИЕ МНОГООБРАЗИЯ ФИЛОСОФСКИХ ШКОЛ И НАПРАВЛЕНИЙ: 60–80-е гг. Критика сталинизма, начавшаяся на XX съезде КПСС, постепенно создала новую атмосферу для советской философии. В 60–70-е гг. узловым пунктом всех философских исследований в стране стали проблемы теории познания и методологии науки.

Начиная с 60-х гг. появилась генерация философов (тогда это были молодые люди), которые всерьез отнеслись к идее научного и гуманистического прочтения ряда мыслей К.Маркca. Философия была понята ими как теория познания, точнее, как теория научного познания. Разная интерпретация теории познания, так же как и разное истолкование философско-методологических идей К.Маркса, сразу же определила возникновение различных научных школ, вступивших в творческое соревнование друг с другом. Их лидерами на первых порах были Э.В.Ильенков и А.А.Зиновьев – тогда молодые преподаватели философского факультета МГУ. В 1955 философский факультет МГУ подвергся идеологическому разгрому после работы специальной комиссии ЦК КПСС именно по причине распространения среди молодежи «ревизионистских» идей. После этого Э.В.Ильенков и А.А.Зиновьев перешли на работу в Институт философии РАН: заниматься научными исследованиями им было позволено, а распространять свои идеи путем преподавания не разрешалось. В связи с их работами, посвященными изучению логической структуры «Капитала» Маркса, в отечественную философию вошел целый ряд проблем, которые стали интенсивно обсуждаться: диалектика абстрактного и конкретного, исторического и логического, строение теоретического знания, взаимоотношение теоретического и эмпирического знания и др. При этом советские философы опередили в эти годы своих зарубежных коллег в постановке и решении ряда проблем: понимание теоретической нагруженности эмпирических высказываний, исторический подход к анализу научного познания и др. Исследование проблем теории познания и методологии науки в 60–70-е гг. в советской философии было определено пионерскими исследованиями Э.В.Ильенкова, А.А.Зиновьева и их последователей. Этой же проблематикой начинают заниматься философы старшего поколения – М.М.Розенталь, Л.А.Маньковский и др.

Идеи Э.В. Ильенкова в области теории познания повлияли на ряд философов. Из них исходил Г.С.Батищев, который впоследствии перешел к изучению проблем философской антропологии и создал собственную школу анализа глубинного общения. Исходя из ряда идей Э.В.Ильенкова, собственные теоретико-познавательные и методологические концепции разрабатывали В.А.Лекторский, Л.К.Науменко, Ж.М.Абдильдин, А.Касымжанов и др. Работы Э.В.Ильенкова оказали существенное влияние на исследования в области философии сознания и философской психологии Ф.Т.Михайлова, на работы М.Б.Туровского в области теории мышления, на работы А.С.Арсеньева 60-х гг.

Широкий резонанс в советской философии 60–70-х гг. вызвала дискуссия о проблеме идеального. Э.В.Ильенков, исходя из идей немецкой классической философии и опираясь на работы Маркса, разработал оригинальную концепцию идеального как продукта человеческой деятельности и вместе с тем как особого рода объективной реальности, с которой должен считаться каждый индивид и которая определяет психическую жизнь личности. Эта концепция была воспринята рядом психологов, работавших в русле идей Л.С.Выготского и психологической теории деятельности (А.Н.Леонтьев, П.Я.Гальперин, В.В.Давыдов, В.П.Зинченко и др.). Однако представители официальной советской философии того времени обвинили Э.В.Ильенкова в отходе от материализма. Критика концепции Э.В.Ильенкова проводилась также и с иных позиций, апеллировавших к достижениям теории информации, физиологии высшей нервной деятельности, кибернетики (Д.И.Дубровский).

В работах А.А.Зиновьева, посвященных логике «Капитала», упор делался на анализ разнообразных логических приемов. Из школы А.А.Зиновьева вышли исследования методов исторического анализа Б.А.Грушина, а также первые работы М.К.Мамардашвили, посвященные процессам анализа и синтеза и взаимоотношению формы и содержания в теоретическом мышлении. Из этой школы вышел и Г.П.Щедровицкий, который затем основал собственную школу (Н.Г.Алексеев, О.В.Генисаретский, И.С.Ладенко и др.). Последняя в 60–80-е гг. работала в рамках Московского методологического кружка. В центре работы кружка было исследование проблем мышления, понятого как особая содержательно-формальная деятельность. Первоначально концепция школы Г.П.Щедровицкого обозначалась как «содержательно-генетическая логика». Потом она переросла в концепцию мыследеятельности и от исследования мышления перешла к проектированию систем деятельности в разных сферах. Тесные отношения школа установила с психологией (В.А.Лефевр, Н.И.Непомнящая, Ю.В.Громыко и др.) и педагогической наукой.

Особое место в советской философии этого времени занимают работы М.К.Мамардашвили. Он не создал самостоятельной школы, но оказал влияние на многих отечественных философов не только этого времени, но и последующего поколения. В 70-е гг. он переходит от исследования проблем логики, методологии и теории познания к изучению проблем сознания и создает оригинальную философско-антропологическую концепцию, используя при этом идеи не только Маркса, но и феноменологии, и экзистенциализма.

В эти годы выходит целый ряд интересных исследований Б.М.Кедрова, в которых он развивает идеи исторического подхода к анализу научного знания и разрабатывает проблемы методологии науки, используя при этом большой материал истории естествознания.

В 70–80-е гг. интенсивно работала школа В.С.Библера (А.В.Ахутин, Л.А.Маркова, С.С.Неретина, В.Л.Рабинович, Т.Б.Длугач и др.). В.С.Библер разрабатывает оригинальную концепцию мышления как диалога разных логик и переходит к изучению проблем познания в рамках философской теории культуры. Идеи В.С. Библера применялись к изучению истории философии, истории естествознания, а также в психологии и педагогике («школа диалога культур»).

Оригинальная школа логики и методологии науки возникает в 60-е гг. в Киеве. Лидером этой школы стал П.В.Копнин, разработавший принципы соединения содержательного и формально-логического анализа научного знания. В рамках киевской школы логики и методологии науки был создан ряд исследований (М.В.Попович, С.Б.Крымский, П.И.Дышлевый и др.).

В Минске возникла школа методологии науки, основанная на идеях В.С.Степина. В центре этих исследований были проблемы генезиса теоретического знания в рамках взаимодействия научной картины мира, теоретических схем, формального (в т.ч. математического) аппарата, практических и идеальных операций. Идеи В.С.Степина повлияли на исследование проблем методологии науки многими отечественными философами, работавших в других регионах страны, в т.ч. в Москве.

В Новосибирске плодотворно работала школа методологии науки, основанная на идеях М.А.Розова о социальной памяти и «социальных эстафетах».

В целом исследование проблем теории познания и методологии науки переживает в 60–80-е гг. большой подъем. В это время ведется интенсивное изучение таких проблем, как взаимоотношение теории и эмпирии (Т.И.Ойзерман, В.С.Швырев, Л.А.Микешина и др.), идеализации и формализации (Д.П.Горский, А.Л.Субботин), объяснения и описания, проблемы моделирования (Е.П.Никитин, Б.С.Грязнов, Б.А.Глинский, В.А.Штофф и др.), гипотетико-дедуктивная модель развития науки (И.П.Меркулов, А.А.Печенкин), роль конструктов и идеальных объектов в построении теорий (А.Ф.Зотов, А.И.Ракитов, Е.Е.Ледников и др.), аксиоматический способ построения теории (Г.И.Рузавин), знание как исторический процесс (А.Л.Никифоров, А.А.Ивин), соизмеримость теорий (Е.А.Мамчур). Критически исследовались постпозитивистские концепции науки (Е.Л.Черткова, В.Н.Порус, М.С.Козлова). Большие дискуссии велись по проблемам знака и значения (И.С.Нарский, А Ф.Полторацкий), по проблемам теории сознания (А.Г.Спиркин, Д.И.Дубровский). Разработка теоретико-познавательной тематики должна была вестись в рамках т.н. «ленинской теории отражения» (это было обязательным идеологическим условием). Но даже при этом ряд философов смогли обсуждать реальные проблемы современного познания (которые сегодня являются предметом дискуссии в когнитивной науке), используя аппарат теории информации и кибернетики (В.С.Тюхтин, А.М.Коршунов и др.).

В 70-е гг. на передний план в изучении теоретико-познавательной тематики выдвигаются вопросы социально-культурной природы познавательной деятельности. Одним из основных центров разработки этой тематики становится сектор теории познания Института философии РАН. Здесь исследуются проблемы культурной опосредованности субъектно-объектных отношений (В.А.Лекторский), рефлексия как социально-культурный феномен (В.С.Швырев), культурно-исторический подход к проблеме рациональности (Н.С.Автономова, Б.И.Пружинин), проблема понимания (В.П.Филатов), роль традиции как когнитивного и социально-культурного феномена в трансляции знания (И.Т.Касавин, В.Н.Порус) и др.

Важную роль в разработке проблем методологии науки играли в эти годы системно-структурные исследования (И.В.Блауберг, В.Н.Садовский, Э.Г.Юдин и др.). В контексте этих исследований удалось изучать такие проблемы, как системность, целостность, организация, структура и др., структурный подход к анализу изменений (А.А.Малиновский, Ю.А.Урманцев, Ю.А.Шрейдер, А.И.Уёмов и др.).

В 60-е гг. осуществлялось построение различных моделей субординации и систематизации философских категорий (В.С.Библер, В.Н.Сагатовский, В.П.Тугаринов, А.П.Шептулин и др.).

В эти годы с большим успехом шло изучение проблем современной формальной логики (в виде символической логики). Большое влияние на переориентацию логических исследований в нашей стране оказал в это время А.А.Зиновьев, который уже в сер. 60-х гг. перестал разрабатывать программу содержательного анализа логических приемов теоретического познания (именно эта программа повлияла на становление методологической школы Г.П.Щедровицкого, на ранние работы М.К.Мамардашвили и др.) и начал заниматься символической логикой. Эта переориентация формальнологических исследований на современную проблематику была поддержана П.В.Таванцом, а затем развита В.А.Смирновым, который в 70–80-е гг. создал и возглавил оригинальную логическую школу. В работу по изучению современных проблем логики интенсивно включились Е.К.Войшвилло, Д.П.Горский, В.К.Финн, Е.Д.Смирнова, Е.А.Сидоренко, В.А.Бочаров, А.С.Карпенко, Ю.В.Ивлев, Б.Н.Пятницын, А.А.Старченко и др. Развернулись исследования по истории логики (В.Ф.Асмус, П.С.Попов, А.С.Ахманов, Н.И.Стяжкин, Б.В.Бирюков и др.). Логиков-философов активно поддержали логики-математики: С.А.Яновская, А.А.Марков, А.В.Кузнецов и др. Работы отечественных логиков получили международное признание.

Весьма интенсивно в эти годы разрабатывались философские проблемы естествознания под руководством Б.М.Кедрова, И.В.Кузнецова, М.Э.Омельяновского, И.Т.Фролова. Возникло большое направление с многообразной и разветвленной тематикой: проблема причинности в современной науке, принцип соответствия, принцип дополнительности, принцип наблюдаемости, принцип редукции, проблема глобального эволюционизма и др. (работы Н.Ф.Овчинникова, С.В.Илларионова, С.Т.Мелюхина, Ю.В.Сачкова, В.С.Готта, Л.Б.Баженова, Ю.Б.Молчанова, Э.М.Чудинова, И.А.Акчурина, Е.А.Мамчур, И.С.Алексеева, В.И.Купцова, В.В.Казютинского, К.X.Делокарова, А.Д.Урсула, Н.Т.Абрамовой, Г.Б.Жданова, В.И.Свидерского, В.П.Бранского, А.М.Мостепаненко, М.В.Мостепаненко, А.С.Кравца, Я.Ф.Аскина, Р.С.Карпинской, А.Я.Ильина, И.К.Лисеева, Г.А.Югая и др.). В 70-е гг. в разработке философских проблем естествознания приняли активное участие крупные ученые разных специальностей (П.Л.Капица, В.А.Фок, В.А.Амбарцумян, Н.П.Дубинин, В.А.Энгельгардт, Д.А.Беляев и др.). В 70–80-е гг. впервые в нашей стране начинает разрабатываться проблематика философии техники и технических наук (В.В.Чешев, В.Г.Горохов, В.М.Розин и др.).

К разработке тематики логики и методологии науки и философских проблем естествознания непосредственно примыкали философско-методологические проблемы истории естествознания, исследовавшиеся в основном в Институте истории естествознания и техники РАН. Объектами изучения были вопросы логики истории науки, взаимодействия истории науки и истории философии, научные революции, проблемы дифференциации и интеграции наук, преемственности и прерывности в их развитии (Б.М.Кедров, П.П.Гайденко, А.П.Огурцов, Б.Г.Юдин, Н.И.Родный, В.С.Черняк, В.Л.Рабинович, А.В.Ахутин, В.П.Визгин, Л.А.Маркова, Н.И.Кузнецова, И.И.Мочалов и др.).

С нач. 60-х гг. стали регулярно проводиться Всесоюзные конференции по логике и методологии науки, на которых встречались и активно взаимодействовали философы и специалисты в области частных наук из самых разных регионов Советского Союза. Эти конференции были местом сопоставления разных подходов, рождения новых идей. В эти же годы периодически проводились Всесоюзные конференции по философским проблемам естествознания, которые стали местом встреч философов и представителей современных естественных наук. Советские философы сумели в эти годы установить уважительные и плодотворные отношения с естествоиспытателями, что резко контрастировало с тем, что имело место в 30–40-е гг.

В 60–70-е гг. появляются работы, которые можно с полным основанием отнести к зарождающейся философской антропологии. Ряд философов в эти годы приходит к мысли о невозможности исследования проблем теории сознания вне рамок целостной философско-антропологической концепции. В кон. 60-х гг. (посмертно) была опубликована работа C.Л.Рубинштейна «Человек и мир», в которой разработана оригинальная концепция онтологии человеческого сознания (ученики С.Л.Рубинштейна А.В.Брушлинский и К.А.Славская попытались впоследствии применить его идеи к исследованию философских оснований психологии). Этой тематике посвящены работы М.К.Мамардашвили 80-х гг. И.Т.Фролов исследовал феномен человека (в частности, проблемы смысла жизни и смерти в единстве биологических и аксиологических аспектов). Концепцию глубинного общения разрабатывал Г.С.Батищев. Работы Н.Н. Трубникова посвящены времени человеческого бытия. Проблемам свободы и самореализации человека были посвящены исследования Б.Т.Григорьяна, Л.П.Буевой, М.С.Кагана, А.Г.Мысливченко. О проблемах идеала, веры, надежды, любви как смысложизненных ориентациях писали В.И.Шинкарук, В.И.Иванов.

Успешно работал в области философско-антропологической и этической тематики О.Г.Дробницкий. Вопросы этики начинают исследоваться в работах А.Ф.Шишкина, А.И.Титаренко, А.А.Гусейнова, Л.В.Коноваловой, Л.М.Архангельского, Ф.А.Селиванова, Г.Н.Гумницкого, К.А.Шварцман, В.Т.Ефимова, В.Г.Иванова, И.В.Рыбаковой, С.Ф.Анисимова, О.П.Целиковой, П.М.Егидеса и др.

Широко развернулись исследования по теории и истории эстетики (М.Ф.Овсянников, М.А.Лифшиц, А.В.Михайлов, Б.И.Шрагин, Л.Н.Пажитнов, А.В.Гулыга, В.В.Ванслов, Е.Г.Яковлев, К.М.Долгов, В.В.Бычков), структуре категорий эстетики «возвышенное», «прекрасное», «трагическое», «комическое» и др. (А.Я.Зись, Л.Н.Столович, Ю.Б.Борев, В.П.Шестаков), соотношению массового и элитарного искусства (Ю.Н.Давыдов), эстетическому воспитанию (Н.И.Киященко), критическому анализу современной европейской эстетики. Исключительное значение имел выход многотомной «Истории античной эстетики» А.Ф.Лосева.

Начинает складываться философия культуры как исследовательская область. На данную проблематику выходит В.С.Библер в 80-е гг. Те же вопросы начинает изучать М.К.Мамардашвили. Огромное влияние на их разработки оказали идеи М.М.Бахтина, которые были сформулированы еще в 20–40-е гг., но стали широко известными и начали ассимилироваться лишь в 60–70-е гг. Оригинальную концепцию культуры как коммуникативной системы создал в эти годы М.К.Петров, хотя большинство его работ было опубликовано лишь после его смерти, в 90-е гг. Проблематика теории культуры успешно исследовалась В.М.Межуевым, Э.А.Маркаряном, М.С.Каганом и др.

С нач. 60-х гг. начинается подъем в изучении истории западной философии. Методологические проблемы историко-философских исследований разрабатывались Т.И.Ойзерманом, А.С.Богомоловым, З.А.Каменским. Историко-философская наука обогатилась трудами по античной (А.Ф.Лосев, В.Ф.Асмус, М.А.Дынник, Ф.X.Кессиди, А.Н.Чанышев), средневековой философии (Г.Г.Майоров), философии эпохи Возрождения (В.В.Соколов), философии Нового и Новейшего времени (М.Ф.Овсянников, В.М.Богуславский, А.В.Гулыга, Н.В.Мотрошилова и др.). Исследовались различные направления современной западной философии – феноменология, экзистенциализм, неотомизм, философская антропология, критический рационализм, прагматизм, неопозитивизм, герменевтика, структурализм и др. (К.С.Бакрадзе, П.П.Гайденко, Э.Ю.Соловьев, З.А.Какабадзе, М.А.Киссель, Б.Т.Григорьян, Г.М.Тавризян, Ю.К.Мельвиль, Н.С.Юлина, И.С.Нарский, В.С.Швырев, М.С.Козлова, А.Ф.Грязнов, А.Ф.Зотов, Н.С.Автономова, В.Н.Кузнецов, И.С.Вдовина, Т.А.Кузьмина, А В.Михайлов и др.). Появились серьезные исследования формирования и развития взглядов К.Маркса (Т.И.Ойзерман, Н.И.Лапин). Большое значение имело многотомное научное издание классических философских текстов, многие из которых были впервые опубликованы на русском языке (в серии «Философское наследие»).

Исследование истории русской философии велось односторонне. Практически не изучалась история русского идеализма. Ряд работ по истории русской философии не отвечал высоким научным требованиям. Все же и в этой области в эти годы появились серьезные исследования. Это были работы по истории русского любомудрия 20–30-х тт. 19 в. (З.А.Каменский), по истории русского утопического социализма прошлого века – А.И.Герцен, Н.Г.Чернышевский (З.В.Смирнова, Е.Г.Плимак, А.И.Володин, Ю.Ф.Карякин), по философии русского народничества (И.К.Пантин, В.Ф.Пустарнаков, В.Г.Хорос), по другим проблемам (Л.А.Коган, М.Т.Иовчук, А.Д.Сухов, М.А.Маслин, В.А.Кувакин, А.А.Галактионов, П.Ф.Никандров).

В самостоятельное направление складывается изучение истории философии в странах Востока – Китае, Индии, Японии, Иране, арабских странах (С.Н.Григорян, М.Т.Степанянц, А.В.Сагадеев, В.Г.Буров, Е.А.Фролова, В.С.Костюченко и др.).

К нач. 70-х гг. в СССР сложились национальные и региональные философские сообщества со своей проблематикой и исследовательскими программами. В то же время между этими сообществами шло интенсивное взаимодействие. Поэтому интересные исследовательские результаты становились достоянием всех советских философов. Так, напр., исследования ленинградских философов ориентировались прежде всего на онтологическую проблематику и философские вопросы естествознания (В.И.Свидерский, В.П.Бранский и др.), на проблемы логики (О.Ф.Серебрянников, И.Н.Бродский и др.). В Ростове-на-Дону сложился коллектив исследователей философии культуры (Ю.А.Жданов, М.К.Петров, В.Е.Давидович), проблем логики (Ю.Г.Гладких). В Новосибирске, кроме деятельности школы М.А.Розова, шли исследования по философии науки, по изучению интеллектуальных систем (И.С.Ладенко, Г.А.Свечников, О.С.Разумовский, В.В.Целищев, В.Н.Карпович и др.). В Свердловске разрабатывались проблемы социальной философии (М.Н.Руткевич, Л.Н.Коган и др.), философской антропологии (К.Н.Любутин), теории познания (Г.А.Курсанов). В Томске группа философов занималась методологией науки (А.К.Сухотин, В.В.Чешев и др.). В Воронеже исследовалась вероятностная картина мира (А.С.Кравец и др.).

В республиках СССР философские сообщества тоже имели свои исследовательские программы. На Украине успешно работала школа логики и методологии науки (П.В.Копнин, М.В.Попович, С.Б.Крымский и др.) и школа философской антропологии (В.И.Шинкарук, В.И.Иванов, Л.В.Яценко и др.). В Белоруссии интересные результаты по философии науки были получены в рамках школы В.С.Степина. Известность приобрели труды казахских философов по теории диалектики, стимулированные идеями Э.В.Ильенкова (Ж.М.Абдильдин, А.Касымжанов, Л.К.Науменко, М.Нысанбаев и др.). В Таджикистане плодотворно занимался философскими вопросами космологии А.Турсунов, историей философии В.Диноршоев. В Киргизии были развернуты исследования по проблемам коммуникации и понимания (А.А.Брудный и др.). В Грузии велись исследования по истории новейшей философии (К.С.Бакрадзе, З.М.Какабадзе, А.Бочоришвили и др.), этике (Г.Д.Бандзеладзе), по эстетике (Н.З.Чавчавадзе, Е.И.Топуридзе и др.), по современным проблемам логики (Л.Эсакия, М.Бежанишвили, Л.Мчедлишвили и др.). Философы Армении интенсивно разрабатывали проблемы семиотики (Г.А.Брутян, Л.А.Абрамян), философии культуры (Э.А.Маркарян). Всемирную известность получила Тартуская школа по семиотике (во главе с Ю.М.Лотманом). В Эстонии также успешно изучались проблемы теории познания и методологии науки (Я.К.Ребане, Л.О.Вальт и др.). В Литве исследовались философские проблемы современной формальной логики (А.Павилёнис и др.), этики (В.Жямайтис).

Т.о., в эти годы развивались разные философские школы, которые спорили друг с другом и обогащали друг друга. Все они противостояли философскому догматизму, который насаждался идеологическим руководством и проявлялся прежде всего в преподавании философии (и выражался в текстах учебников и учебных программ по философии). Вместе с тем разные школы отличались друг от друга также и по своему отношению к марксистскому наследию. Если некоторые из них пытались развивать в современных условиях определенные идеи, которые содержались в работах Маркса, то другие использовали марксистскую терминологию для развития идей, близких неопозитивизму, экзистенциализму или феноменологии. Отдельные философы, которые ранее были приверженцами идей раннего Маркса, начали затем соединять его идеи с идеями феноменологии, экзистенциализма и других течений современной философии (С.Л.Рубинштейн, М.К.Мамардашвили, Г.С.Батищев, H.H.Трубников, А.С.Арсеньев и др.).

Значительное влияние на развитие философских исследований в СССР оказало издание в 1960–70 гг. пятитомной «Философской энциклопедии» (большую роль в этом сыграл А.Г.Спиркин как один из главных организаторов этого издания). С помощью «Энциклопедии» в философские обсуждения были введены многие новые для того времени проблемы и понятия (так, напр., в 1-м томе была опубликована статья А.А.Зиновьева «Восхождение от абстрактного к конкретному», в 3-м томе вызвавшая бурную дискуссию статья Э.В.Ильенкова «Идеальное»). В этом издании было напечатано множество статей А.Ф.Лосева по истории античной философии. Впервые были опубликованы статьи по многим проблемам современной западной философии. Именно на страницах «Энциклопедии» (и в эти годы только в этом издании) появились первые серьезные исследования истории русского философского идеализма (С.С.Аверинцев, С.С.Хоружий, Р.А.Гальцева и др.).

Очень важную роль в советской философии этих лет играл журнал «Вопросы философии», особенно во 2-й пол. 60-х и в 70-е гг., когда его главным редактором был И.Т.Фролов, а заместителем М.К.Мамардашвили. Журнал в эти годы стал как бы своеобразным местом притяжения для многих наших интеллектуалов, при этом не только философов. С журналом активно сотрудничали такие выдающиеся ученые, как Н.Н.Семенов, П.Л.Капица, М.А.Марков, В.А.Энгельгардт, Д.А.Беляев, и др. На его страницах обсуждались проблемы философии науки, культуры, образования, истории, которые были связаны с главными мировоззренческими исканиями того времени. Существенным для развития философии был также регулярный выход журнала «Философские науки» (особенно тогда, когда его главным редактором был В.С.Готт), в котором публиковались статьи не только по теоретическим проблемам философии, но и по вопросам преподавания философии.

Вместе с тем развитие философии в эти годы проходило в непростых условиях. Если в области теории познания, философии и методологии науки, логики, в ряде областей философской антропологии, этике, эстетике, философии культуры, истории философии удалось не только выдвинуть новые идеи, но и создать активно работающие научные школы, то в области социальной философии (она, как особенно тесно связанная с политикой, всегда подвергалась жесткому идеологическому контролю) сделать это было гораздо сложнее. Тем не менее такие попытки предпринимались. Это прежде всего разработка В.Ж.Келле, Ю.М.Бородаем и Е.Г.Плимаком аутентичного Марксового понимания общественно-экономической формации и демонстрация его современного значения (исследование было сразу же осуждено как ревизионистское). Это изучение методологических проблем исторической науки (А.Я.Гуревич, М.Я.Гефтер, Б.Ф.Поршнев, А.И.Ракитов и др.). Это исследование отдельных вопросов социальной философии в работах М.Я.Ковальзона, Ю.И.Семёнова, В.Г.Афанасьева, Ю.К.Плетникова, В.И.Толстых, Г.С.Арефьевой, В.С.Барулина, В.Е.Кемерова, Г.В.Осипова, Р.Г.Яновского, А.К.Уледова, А.М.Ковалева и др. В это же время начинается основательное исследование философии религии Л.Н.Митрохиным.

Некоторые области философского знания, такие, напр., как политическая философия, вообще не могли существовать в эти годы. Русская религиозная философия, являющаяся неотъемлемой частью русской культуры, практически была под запретом. Хотя первые исследования такого рода все же появились в «Философской энциклопедии», всякая дальнейшая работа в этом направлении была остановлена. Отечественная философская мысль с трудом находила пути для диалога с различными течениями мировой философии. Правда, ряд важных шагов все же был сделан: переводилось немало работ современных западных авторов, особенно по проблемам логики и методологии науки, советские философы стали регулярно участвовать в Всемирных философских конгрессах и конгрессах по логике, философии и методологии науки. Однако постоянного рабочего взаимодействия с западными коллегами, особенно с теми, кто разрабатывал фундаментальные проблемы метафизики, философской антропологии, социальной и политической философии, не было.

Власти по-прежнему требовали от философов идеологического обеспечения политики партии в виде разработки вопросов научного коммунизма, философского комментария и пропаганды текущих партийных решений, подготовки учебников, излагавших официальную версию философии диалектического и исторического материализма и т. п. Широкая публика судила о советской философии прежде всего по этим работам, которые отбивали вкус к настоящей философской мысли у тех, кто их читал. Наши крупнейшие философы были известны лишь в узких кругах интеллигенции (хотя в это время у них установились хорошие контакты с рядом психологов, педагогов, историков, социологов, математиков, естествоиспытателей).

4. ФИЛОСОФИЯ В ПОСТСОВЕТСКИЙ ПЕРИОД: 90-е гг. Крушение советского государства и коммунистической идеологии создало новые условия для философских исследований. Далеко не всегда и не во всем эти условия были благоприятными. Резкое сокращение государственного финансирования Российской Академии наук и высшего образования сузили возможности научных коммуникаций, проведения философских симпозиумов, конгрессов, закупки литературы. Ослабли связи российских философов с философами из бывших союзных республик. Общеполитический фон тоже не был очень благоприятным для философской работы.

Тем не менее в этот период происходят изменения, важные и исключительно благоприятные для научной работы в области философии. Прежде всего это появление ничем не заменимого главного условия настоящего философского исследования – духовной свободы. Стало возможным изучать те проблемы, которые ранее по сути дела были под запретом, выдвигать и отстаивать разные философские позиции – лишь бы они были достаточно аргументированными и интересными. Российские философы уже не связаны внешними требованиями маскировать любые свои разработки официальной марксистской риторикой. Это благотворно сказывается и на трудах тех, кто продолжает работать в марксистской философской традиции. Но рядом с ней сложились иные подходы, ориентированные на использование продуктивных идей и методов, возникших в рамках немарксистских направлений мировой философии, в т.ч. русской религиозной философии Серебряного века. Наряду с продолжением исследований в тех областях, в которых отечественные философы достигли очевидных успехов ранее (в частности, в теории познания, логике и методологии науки), начинается формирование новых исследовательских областей: политическая философия, философия религии. Принципиально новый вид приобретает социальная философия. По сути новой областью стало изучение русской религиозной философии. Важную роль организатора новых исследовательских направлений играет Институт философии РАН (директор с 1988 В.С.Степин). Происходит реформа преподавания на философском факультете МГУ (декан с 1988 В.В.Миронов). Наряду с журналом «Вопросы философии» (главный редактор с 1988 В.А.Лекторский), который продолжает выходить и завоевывает новый круг читателей – не только среди философов, но и среди других представителей интеллигенции, – начали издаваться иные философские журналы, некоторые из них выходят и сейчас: «Человек», «Философские исследования», «Логос», «Метафизические исследования» и др. Появились новые философские ежегодники: «Историко-философский ежегодник», «Логические исследования», «Философия науки» и др. Возник ряд новых философских факультетов не только в Москве, но и в других городах.

В эти годы произошел существенный поворот в проблематике и характере обсуждения проблем социальной философии. Получили новый импульс разработки, учитывающие важнейшую роль динамики базисных ценностей культуры в воспроизводстве и развитии общества. Была предложена концепция типов цивилизационного развития, синтезирующая положительные результаты цивилизационного и формационного подходов (В.С.Степин). Были проведены исследования мировоззренческих аспектов современных российских реформ, условий и возможностей формирования новой общенациональной идеи, осознания своей культурно-цивилизационной и геополитической идентичности (А.С.Панарин, И.К.Пантин, В.М.Межуев, А.А.Кара-Мурза, Л.В.Поляков, В.Г.Федотова и др.). Изучались проблемы становления гражданского общества в России, исторического выбора путей развития страны (А.С.Ахиезер, В.Е.Кемеров, H.H.Козлова и др.), ценности различных групп российского общества и их понимание свободы и политического плюрализма (Н.И.Лапин, В.А.Ядов).

В рамках впервые возникшей в России политической философии велось исследование таких ранее не изучавшихся в стране проблем, как демократия, авторитаризм и бюрократия, рациональность в политике, политика и мораль, политическая мифология, судьбы либеральных идей в современном мире, и др. (Т.А.Алексеева, В.Н.Шевченко, Б.Г.Капустин, М.А.Ильин, И.И.Кравченко, Е.В.Осипова, А.В.Шестопал, А.Ю.Мельвиль и др.).

Религиозная философия впервые была конституирована как область исследования. Тем не менее за немногие годы ее существования появились фундаментальные разработки этой проблематики: религия и онтология человека, вера и трансценденция, вера и знание и др. (Л.Н.Митрохин, В.И.Гараджа, Ю.А.Кимелев и др.). Изучались также проблемы роли религиозности в современной России.

Исследование истории русской философии как бы пережило новое рождение. Это было связано с обращением к изучению русской религиозной философии, которая играла исключительно важную роль в развитии русской культуры, но изучение которой ранее практически было под запретом. За сравнительно небольшой период в этой области была проделана большая работа. Значительным событием не только в философии, но и в российской культуре в целом стало издание классиков русской философии, некоторые из которых вынуждены были эмигрировать из страны после прихода к власти большевиков. Это издание было начато в конце 80-х гг. Институтом философии РАН совместно с журналом «Вопросы философии», а затем подхвачено многими другими издательствами. Выход этих книг обогатил историко-философские исследования и позволил существенно по-новому взглянуть не только на багаж русской философии, но и на ряд важных и для наших дней проблем: вера и знание, нравственность и религия, онтология человеческого бытия и знания и др. Исследования русской философии Серебряного века показали, что русская духовная традиция содержит идейный потенциал, существенно важный для выработки нового мировоззрения как необходимой предпосылки перехода от техноцентризма индустриальной цивилизации к культуроцентризму постиндустриального общества (М.Н.Громов, С.С.Хоружий, Н.К.Гаврюшин, В.В.Сербиненко, Е.Б.Рашковский, В.К.Кантор, А.И.Алешин, А.Ф.Замалеев, Е.Г.Бонецкая, Р.А.Гальцева, С.Г.Семенова, Л.А.Коган, З.В.Смирнова, В.Ф.Пустарнаков, З.А.Каменский, M.A.Маслин, А.И.Абрамов и др.).

Существенно обновилась проблематика и в других областях философии.

В теории познания начали разрабатываться вопросы, которые до недавнего времени не анализировались. Были выявлены различные типы рациональности и проанализированы основные тенденции становления нового типа рациональности, связанного с изучением сложных исторически развивающихся человекоразмерных систем и с новыми особенностями социального и культурного развития (В.А.Лекторский, П.П.Гайденко, В.С.Швырев, М.А.Розов, Н.С.Мудрагей, И.П.Фарман и др.). Изучались вненаучные формы знания (обыденное знание, миф, религия) в их взаимодействии с наукой (И.Т.Касавин, В.Н.Порус). Начали изучаться эпистемологические проблемы «виртуальной реальности» (В.М.Розин). Впервые стала исследоваться обширная тематика эволюционной эпистемологии (И.П.Меркулов, В.Н.Садовский, И.А.Бескова, А.В.Кезин и др.). Были предприняты интересные попытки анализа ряда современных проблем, лежащих на стыке теории познания, этики, социальной философии: проективное сознание, утопическое сознание, рациональность и социальный критицизм и т.д. (В.А.Лекторский, Е.Л.Черткова, Е.П.Никитин, З.А.Сокулер, H.M.Смирнова, Α.Α.Новиков, Г.Д.Левин, Ε.В.Семёнов и др.). Была подвергнута критическому анализу т.н. «ленинская теория отражения» (Л.А.Микешина и др.). Плодотворно исследовалась проблема сознания и самосознания (Ф.Т.Михайлов).

В области философии науки были проанализированы изменения ценностно-мировоззренческих оснований научной картины мира в связи с освоением в науке и технике сложных исторически развивающихся, человекоразмерных систем. Были исследованы социокультурные аспекты развития современного научного знания, показано, что современные научные представления о мире не только развивают западноевропейские традиции, но и начинают коррелировать с многими ценностями восточных культур. Это делает науку важнейшим фактором диалога культур в современном мире (В.С.Степин). Исследование мировоззренческих и методологических проблем теории сложных самоорганизующихся систем стало одним из важных направлений работы специалистов по философии науки. Был выявлен базисный категориальный статус в современной науке понятий случайности, независимости, неопределенности, спонтанности, хаотичности, предложено обобщение принципа причинности, которое включает в себя понятие когерентности (В.И.Аршинов, И.А.Акчурин, Ю.В.Сачков, Е.А.Мамчур, Г.И.Рузавин и др.). Философия науки раскрыла такие особенности новой научной парадигмы, складывающейся на рубеже веков, как глобальный эволюционизм и коэволюция (Η.Η.Моисеев, И.К.Лисеев, А.П.Огурцов), самоорганизация (С.П.Курдюмов и др.), этическая регуляция научной и технической деятельности. Были изучены социокультурные (в частности, религиозные) истоки становления естествознания, исторические закономерности классического и неклассического этапа развития науки (П.П.Гайденко, Л.А.Маркова и др.). Успешно разрабатывались философские проблемы экологии (Э.В.Гирусов, А.А.Горелов, В.А.Кутырев и др.).

Новые наукоемкие технологии в медицине обострили внимание к проблемам биомедицинской этики, к возможностям и границам морального и правового регулирования экспериментов на животных и тем более на людях, трансплантации органов, новых репродуктивных технологий, клонирования человека (Б.Г.Юдин, В.П.Тищенко, А.П.Огурцов, Л.В.Коновалова и др.).

Российские логики продолжали активно исследовать современную тематику, углубляя и расширяя круг исследуемых вопросов. Изучались природа логических форм и законов, вопросы семантики возможных миров, вопросы релевантной и многозначной логики и др. (В.А.Смирнов, Е.Д.Смирнова, А.С.Карпенко, Е.А.Сидоренко, В.К.Финн, Ю.В.Ивлев, В.А.Бочаров, В.И.Маркин, В.Л.Васюков, А.М.Анисов, В.М.Попов и др.). Углублялись международные связи отечественных логиков. В 1997 и 1999 в Москве прошли Международные Смирновские чтения по логике и методологии науки (памяти выдающегося отечественного философа и логика В.А.Смирнова), собравшие известных специалистов по философии и логике из разных стран мира.

Изучение проблем этики науки и биоэтики происходило в контексте серьезных изменений в этических исследованиях в целом, в которых на первый план выдвинулись проблемы ненасилия, защиты личности и ее прав, толерантности, уважения к другому, диалога с другими культурами (А.А.Гусейнов, Р.Г.Апресян, В.И.Бакштановский, В.Н.Назаров, Ю.В.Согомонов, А.П.Скрипник, О.С.Соина и др.). Специалисты по этике начали обсуждать такие проблемы, которые ранее практически не изучались: справедливость, милосердие, благотворительность, эвтаназия, смертная казнь и т.д. Продолжены исследования в области теоретической этики (Л.В.Максимов, А.И.Бродский и др.), выдвинута оригинальная концепция происхождения сознания в контексте нравственно-культового поведения (Ю.М.Бородай). По-новому была поставлена проблема соотношения морали и права (Э.Ю.Соловьев).

Важное место в разработке проблем эстетики занимал сравнительный анализ западной, русской и восточной эстетических традиций, особенности классической и неклассической эстетики (А.А.Михайлов, М.С.Каган, Л.Н.Столович, Е.Г.Яковлев, К.М.Долгов, Н.Б.Маньковская и др.). Впервые было осуществлено системное исследование православной художественно-эстетической культуры Древней Руси (В.В.Бычков).

Философская антропология получила новое развитие. Исследование этой тематики было связано с анализом современных сдвигов в культуре, с переходом к постнеклассической парадигме в социальной жизни и науке (В.А.Подорога, М.К.Рыклин, П.С.Гуревич и др.).

Исследования в области западной философии продолжали весьма интенсивно развиваться. В центре интересов специалистов в этой области были вопросы взаимоотношения влиятельных философских традиций и современности: картезианская традиция в современном мышлении, средневековая западная философия и современность, идеи И.Канта в современном контексте, взаимоотношения философии модерна и постмодернизма и др. (Т.И.Ойзерман, Н.В.Мотрошилова, П.П.Гайденко, В.П.Гайденко, В.В.Соколов, А.Л.Доброхотов, С.С.Неретина, Т.Б.Длугач, В.А.Жучков, М.А.Гарнцев, В.В.Васильев и др.). Предпринимаются попытки более углубленной интерпретации истории европейской мысли. Особенно большой размах получили исследования современной западной философии (А.М.Руткевич, А.Ф.Зотов, Н.С.Юдина, А.Ф.Грязнов, М.С.Козлова, Н.С.Автономова, В.В.Бибихин, В.И.Молчанов и др.), сопровождавшиеся изданием новых текстов современных западных авторов, до этого не издававшихся в России (М.Хайдеггер, Л.Витгенштейн, Ж.Деррида и др.).

В России сложился плодотворно работающий центр по сравнительному изучению западной и восточной философии (М.Т.Степанянц, Е.А.Фролова, А.В.Смирнов, В.К.Шохин, В.Г.Лысенко и др.).

Появились новые учебники, свободные от догматики официального марксизма-ленинизма. Это учебники по философии (А.Г.Спиркин, В.В.Миронов и В.Г.Кузнецов), по этике (А.А.Гусейнов и Р.Г.Апресян), социальной философии (К.X.Момджян), по философии науки и техники (В.С.Степин, М.А.Розов и В.Г.Горохов), по логике (Ю.В.Ивлев, А.А.Ивин), по истории философии (под ред. Н.В.Мотрошиловой и А.М.Руткевича), восточной философии (М.Т.Степанянц) и др.

Важным фактом развития философских исследований в России было продолжение работы уже существующих философских центров в разных регионах и формирование новых. При этом произошло существенное обновление проблематики в тех центрах, которые сложились ранее. В Санкт-Петербурге успешно продолжалось исследование проблематики философии и методологии науки (В.П.Бранский, А.С.Кармин, С.С.Гусев и др.) и вместе с тем развиты новые подходы в философии культуры (Ю.Н.Солонин, Б.В.Марков, М.С.Каган, Г.Л.Тульчинский и др.), в истории русской философии (А.Ф.Замалеев, Т.В.Артемьева, К.Г.Исупов и др.). В Екатеринбурге исследовалась тематика социальной философии (А.В.Гайда, В.Е.Кемеров, А.В.Перцев), истории философии (К.Н.Любутин и др.). В Ростове-на-Дону изучалась проблематика философии культуры (Ю.А.Жданов), истории философии (Г.В.Драч и др.). В Самаре возникла оригинальная школа философии культуры (В.А.Конев и др.). В Калининграде появился центр по изучению философии И.Канта и по логике (В.Н.Брюшинкин и др.). В Новосибирске успешно продолжалось исследование проблем методологии науки (В.В.Целищев, В.Н.Карпович и др.). В Томске исследовались проблемы феноменологии, философии Хайдеггера и Виттгенштейна (Ε.В.Борисов и др.).

Зародилась традиция проведения Российских философских конгрессов. В их организации активную роль сыграло Российское философское общество (И.Т.Фролов, А.Н.Чумаков), деятельность которого особенно интенсифицировалась со 2-й пол. 90-х гг. 1-й Конгресс прошел в 1997 в Санкт-Петербурге, 2-й в 1999 в Екатеринбурге.

В эти годы приобрели совершенно новый характер научные связи российских философов с зарубежными коллегами. Институт философии РАН начал осуществлять ряд крупных проектов с философами США, Англии, Франции, Германии, Индии, Китая и других стран. Московский, Санкт-Петербургский и другие университеты страны установили деловые контакты с философами из многих стран мира. Важную роль в развитии творческих контактов российских философов с зарубежными коллегами сыграло проведение в 1993 ХIХ Всемирного философского конгресса в Москве.

Поиск новых точек роста философского знания, формирование культуры научной работы в условиях свободы, отклик на новые проблемы современной культуры, освоение отечественной философской традиции, открытость новым идеям Запада и Востока – так можно было бы определить главный итог в развитии философских исследований в России в этом десятилетии.

В.А.Лекторский, А.П.Огурцов


Литература:

1. Баммель Г.К. На философском фронте после Октября. М. – Л., 1929;

2. Научные труды Института философии. Библиографический список за 1929–1978 гг. М., 1979;

3. Диссертации, защищенные в Институте философии АН СССР (1939–80 гг.). Библиографический указатель. М., 1983;

4. Научные труды Института философии, сост. Л.С.Давыдова. Библиографический список за 1984 (М., 1986), за 1985 (М., 1986), за 1986 (М., 1987), за 1987 (М., 1989), за 1988 (М., 1990), за 1989 (М., 1991);

5. История философии в СССР, т. 5, ч. 1–2. М., 1985–88;

6. На переломе. Философские дискуссии 20-х годов: философия и мировоззрение. М., 1990;

7. Яхот И. Подавление философии в СССР (20–30-е годы). – «ВФ», 1991, № 9–11;

8. Хоружий С.С. После перерыва. Пути русской философии. СПб., 1994;

9. Садовский В.Н. Философия в Москве в 50–60-е годы. – «ВФ», 1993, № 7;

10. Артемьева Т.В. Кафедральная философия в России. – «Сфинкс» (СПб.), 1994, № 2;

11. Русская эмиграция. Журналы и сборники на русском языке 1920–1980. Париж, 1995;

12. Степин В.С. Российская философия сегодня: проблемы настоящего и оценки прошлого. – «ВФ», 1997, № 5;

13. Павлов А.Т. Университетская философия в России. – «Философские науки», 1998, № 1;

14. Мамчур Ε. Α., Овчинников Η. Φ., Огурцов А.П. Отечественная философия науки: предварительные итоги. М., 1997;

15. Философия не кончается... Из истории отечественной философии. XX век. 1960–80-е годы, т. 1–2. М., 1998;

16. Лекторский В. Α., Степин В.С. Институту философии 70 лет. – «ВФ», 1999, № 10;

17. Порус В.Н. Особый настрой ума. Ланцелоты и Генрихи «советской» философии. – Независимая газета, 1999, 30 августа, книжное обозрение «Ex libris НГ»;

18. Wetter G.A. Der dialektischen Materialismus. Seine Geschichte und sein System in der Sowjetunion. Wien, 1958;

19. Bakhurst D. Consciousness and Revolution in Soviet Philosophy. Cambr., 1991;

20. Bazhanov V. Philosophy in post-soviet Russia (1992–1997). – «Studies in East European Thought», 1999, v. 51.

Рекомендуем прочитать