АЛХИМИЯ

АЛХИМИЯ (позднелат. alchimia, через арабов – al-kimia, возможно, от греч. χημεία – искусство выплавки металлов) – явление культуры, сопутствовавшее на протяжении более полутора тысяч лет различным эпохам (эллинизм, европейское средневековье, Возрождение). Алхимия существовала еще в составе древних восточных культур – в Ассиро-Вавилонском царстве, доисламской Персии, а в Китае, Индии и Японии – во времена становления там буддизма. Она получила распространение в Арабском халифате и особенно средневековой Европе в качестве феномена ее культуры (данная статья рассматривает алхимию преимущественно в этом регионе).

Алхимию связывают с попытками получить совершенный металл (золото или серебро) из металлов несовершенных, т.е. с идеей трансмугации (превращения) металлов с помощью гипотетического вещества – «философского камня». Сами алхимики называли свою деятельность scientia immutabilis – «наукой неизменной».

Первый этап алхимии (2–6 вв.) связан с деятельностью Александрийской академии (2–4 вв.). Это время становления алхимии в составе позднеэллинистической герметической (см. Герметизм) философии (по имени Гермеса Трисмегиста, т.е. Трижды Величайшего, легендарного основателя алхимии) под влиянием учений персов-огнепоклонников, неопифагореизма и неоплатонизма, предхристианских и раннехристианских философских систем. Александрийская алхимия занимает срединное положение между ремесленной практикой, направленной на имитацию благородных металлов (золота – хризопея, серебра – аргиропея), и оккультным умозрением. Алхимик оперирует с веществом и одновременно размышляет над его природой.

Оснащение и характер деятельности алхимика и ремесленника в основном совпадают, однако у алхимика иная цель: не уталитарная, а глобальная, направленная на построение особой картины мира, представленной в алхимии в специфических образах-понятиях («философский камень», целительные панацеи, алкагест – универсальный растворитель, гомункул –искусственный человек). Соотнося природное и духовное, алхимик осуществляет тем самым единение макрокосмоса и микрокосмоса. Направления своей деятельности он формулирует так: в материальном мире – трансмутация несовершенных металлов в совершенные; в человеческом мире – личное совершенствование; в мире неземном – созерцание Бога и приобщение к нему через его слово. Алхимия, следовательно, одновременно представляла два рода деятельности, – «аурификцию» (золото-подобные имитации) и «аурифакцию» (определенную мировоззренческую доктрину).

На втором этапе (12–13 вв.) алхимия вступает во взаимоотношения с культурой европейского средневековья, пребывая между практической химией и «естественной философией», основанной на учении Аристотеля о материальном мире как состоящем из сочетаний четырех начал-стихий – земли, воды, воздуха, огня, которые обладают соответствующими свойствами-качествами – сухостью, влажностью, холодом, теплом.

Мысль о всеобщей превращаемости вещества, откуда следует возможность трансмутации металлов, коренится в аристотелевой идее первичной материи как совокупности всех свойств-качеств и начал-стихий. Аристотелевы начала-стихии обретают у алхимиков вещественный характер, выстраиваясь в триаду алхимических начал-принципов и вместе с тем веществ: ртуть, сера и соль (ср. наставления: «Возьми, сын мой, три унции серы и пять унций злости...»).

Учение об алхимических началах-принципах противостоит двум основным направлениям средневекового природознания (13 в.): созерцательному опыту Оксфордской школы (Р. Бэкон, Роберт Гроссетест) и схоластике Альберта Великого – Фомы Аквинского. Но в этом противостоянии оно как бы примиряет средневековые номинализм и реализм и тем самым предвосхищает метод науки Нового времени, оперирующей с реальными веществами. Учение об алхимической субстанции и акциденции (сущность всех металлов едина, различны их преходящие, акцидентальные формы) обусловливает «врачующий» характер деятельности алхимиков, совершенствующих металл, освобождающих его от порчи. Разрушение видимых форм вещества, физическое и физико-химическое воздействие на вещество (дробление, измельчение, растирание, обжиг, растворение вещества в минеральных кислотах и другое) способствует выявлению сокровенной сущности – квинтэссенции, формы форм, лишенной каких-либо свойств кроме идеального совершенства (идея, восходящая к александрийской алхимии). Зооморфные, антропоморфные, анимистические представления о веществе, «исцеление» вещества с помощью «медикамента» – «философского камня» ведут к формированию идеи химической индивидуальности.

Деятельность алхимиков к концу второго этапа складывается из трех составляющих: 1) ритуально-магический опыт, в котором препаративные процедуры сопровождаются соответствующими заклинательными формулами, выражаемыми особым символическим языком (мир веществ – мир символических их заменителей, причем последний истиннее первого, ибо священнодействен, исполнен высшего смысла; с одной стороны, «дело это делает рука», с другой – «деяние это творит десница»); 2) система определенных лабораторных приемов, направленных на недостижимый, как теперь ясно, результат; 3) синтетическое искусство, с помощью которого изготавливают конкретную вещь. Так в рамках алхимии воспроизводится особый тип познавательно-практической деятельности, предшествовавший химии Нового времени. Во многом сходна с европейской алхимия арабского мира 8–12 вв. (Ближний Восток и страны Магриба).

Третий этап алхимии (15–17 вв.) связан с кризисом европейского средневекового мышления и новым расцветом оккультных увлечений, характерных для ренессансного неоплатонизма. В стороне стоит Парацельс (16 в.), ориентировавший златосереброискательскую алхимию на лекарственную – иатрохимию. В эпоху Просвещения (18 в.) алхимия воспринималась современниками уже просто как фарс.


Литература:

1.  Гермес Трисмегист и герметическая традиция Востока и Запада. Киев – М., 1998;

2.  Рабинович В.Д. Алхимия как феномен средневековой культуры. М., 1979;

3.  Он же. Образ мира в зеркале алхимии. От стихий и атомов древних до элементов Бойля. М., 1981;

4.  Lippman E.O. Entstehung und Ausbreitung der Alchemie. Eine Beitrag zur Kulturgeschichte. В., 1919;

5.  Jung С.G. Psychologie und Alchemie. Z., 1944;

6.  Read J. Through alchemy to chemistry. N.Y., 1963;

7.  Thorndike L. A history of magic and experimental science, v. 1–8. N.Y., 1923–58.

В.Л.Рабинович

Рекомендуем прочитать