Счастье

СЧАСТЬЕ — в  нравственно-философском смысле это состояние жизни, когда человек предполагает в ней смысл, доволен ее общей  направленностью, тем, как он  исполняет свое предназначение. Счастье есть единство осуществления блага и связанного с этим устойчивого и глубокого радостного переживания. В зависимости от того, что является для человека смыслом жизни, ее целью и путями к ней, счастье  понимается по-разному, в том числе и в различных этических учениях.  Важнейшей составной счастья обычно видится чувство удовлетворенности своим индивидуальным бытием  (телесно-душевной целостностью) или его перспективами. Поэтому  распространено представление о том, что счастье есть реализация  присущего человеку как природному  существу изначального стремления к самосохранению, устранению  страданий, самоутверждению,  удовольствию. Но если при этом  принимается такая система  ценностей, что следование высшим  целям, добру требует отказа от  приоритетности принципа личной пользы и удовольствия,  предполагается возможность  несоответствия и даже разрыва между  природной и моральной  детерминацией, диктатом наличного и  повелениями должного, счастьем и добродетелью. Тем самым  создается противоречие, весьма  существенное для нравственности и для этики различных  направлений. В учении Будды оно  решается через отрицание абсолютной ценности индивидуального  блага, всегда сопряженного с  желанием, неизбежно несущим  страдание; добродетельно отречение от всего индивидуального, что и ведет к подлинному блаженству — нирване. У Конфуция  добродетельный человек — благородный муж находит удовлетворение в исполнении долга, состоящего в том, чтобы поддерживать с  помощью традиционных правил — ритуалов согласие в семье и в  государстве, что отвечает воле  Неба; а человек порочный  эгоистичен — служит собственной  выгоде, благополучие его, стоящее на частно-природном начале,  непрочно. С развитием  личностного, а также рационального начала в античности появляется  эвдемонизм, сторонники которого  утверждают, исходя из принятия безусловной ценности индивидуальной жизни, естественное право каждого на счастье; в нем наиболее  значимыми представляется «благой дух» — гармоничный и безмятежный  интеллектуально-эмоциональный  настрой души. Гедонисты еще  решительнее подчиняют мораль природе, считая добродетельным то, что  содействует наибольшему  чувственному наслаждению. Классический синтез добродетели и счастья под эгидой нравственности дает этика Аристотеля. Важнейшим для него является счастье личности, которое складывается из благ внешних — почет, богатство, хорошее  окружение, удача; телесных — красота, здоровье; внутренних —  похвальные свойства характера и  интеллекта. Это добродетели души, в  выработке которых человек наиболее свободен, они главным образом  определяют его полное благо.  Аристотель называет счастьем  деятельность души сообразно добродетели на протяжении жизни, что и  доставляет совершенное чувство —  блаженство. Согласно христианской этике греховность человека не  позволяет ему совместить земное  счастье и добродетель, ведущую к  спасению души и обретению  блаженства в ином мире. К благодатному  состоянию духа на Земле могут только приблизить подвижническое  следование примеру Христа, жертвенная деятельная любовь к ближнему и молитва. Этика Нового времени восстанавливает и развивает идеи о естественных правах  индивида на счастье, наслаждение, личную выгоду;  разрабатываются концепции разумного эгоизма, в которых добродетель  отождествляется с действием в  соответствии с правильно понятым  личным интересом, ведущим  одновременно к индивидуальному и общему счастью. Кант опять  разделяет счастье и нравственность, утверждая ее автономию как  области человеческой свободы. Для него нравственно только то, что совершается во имя долга, а не по склонности или любому другому мотиву; вера в Бога  нужна для того, чтобы освятить  мораль и соединить исполнение  сурового долга с надеждой на  будущее счастье. Категорический  императив в требовании поступать так, чтобы человечество в лице каждого было свято,  устанавливает самоценность другого  наравне с собственной  самоценностью. Вместе с тем Кант  принимает ведущую идею  Просвещения о том, что распространение применения разума, расширение индивидуальной свободы и  нравственное совершенствование  ведут по пути Прогресса, к росту общественного и личного блага.

Рекомендуем прочитать